Она коротко кивнула.

– Кирххоф настаивал на персональной охране после того, как я чудом избежала смерти. Ему пришлось смириться с моим выбором, если он не собирался отказываться работать со мной. К слову, то, в каком виде вы появились в Больцано, было весьма кстати. Пьяный и в странном наряде.

– Это не мои вещи.

– Было бы удивительно.

На какое-то мгновение он почувствовал себя польщенным, но не стоило тешить сейчас свое эго. Упоминание Кирххофа вывело их на главную тему.

– Расскажите мне про Кирххофа, Бьорк, – потребовал Бранд и расправил плечи. – Без ребусов, пожалуйста.

Она сделала паузу, пока официантка ставила перед ней кофе, затем сделала большой глоток.

– Хорошо, – сказала она. – Кое-что мы знаем, а кое-что – нет. Знаю, звучит неправдоподобно, но я никогда не считала его кукловодом. Сейчас все выглядит так, что это и было делом всей его жизни.

– Как и для Шпикера.

– Да. Хотя цели у них разные.

– Как он вышел на вас?

– Кирххоф? Удачно легли карты, Бранд. Или скорее неудачно. Видите ли, в прошлом Кирххоф работал в берлинской полиции и восемь лет назад подался на пост начальника управления президиума. По всей видимости, его после этого… Как это сказать? Оттеснили.

– Он затаил обиду.

– Хотя для объяснения его действий это недостаточный аргумент, верно? По словам одного из прежних сотрудников, ему прочили эту должность, но по каким-то причинам у него не вышло ее получить. В том же году он разводился с женой. Вероятно, будучи предрасположен к нарциссизму, он оказался не в состоянии переварить несколько отказов. Захотел продемонстрировать всем, на что он в действительности способен, и перешел на темную сторону. Мы это еще проверяем. Но это не так важно. Гораздо важнее, каким образом он вышел на Шпикера. Никаких документов нет. Скорее всего, они пересеклись во время расследования против Шпикера, и тогда Кирххоф не дал ход делу.

– Вместо расследования он приступил к реализации собственных планов.

– Контакт со Шпикером, видимо, навел его на мысль, каким образом можно мстить. Мы сейчас возобновили одно старое дело об убийстве. Дама-психолог из Берлина. Виновного так и не нашли, но Штефан Болль или Брам Шпикер значился в ее картотеке. Да и Кирххоф, судя по нашим данным, по крайней мере, один раз у нее был. Она может стать ключевым связующим звеном.

– Но Кирххоф работал в Европоле?

– Только после ухода из берлинской полиции. Пять лет назад под его началом открыли отдел по борьбе с серийной организованной преступностью. Возможно, рекомендация его на эту должность стала своего рода компенсацией за отвод в Берлине. Но он затаил обиду. В Гааге он мог распоряжаться всем на свое усмотрение и сразу вызвал меня к себе из шведской полиции. Устроил мне лучшую в Европоле подготовку. И все это только ради… Но откуда же мне было знать, что он… и…