Час был поздний, ажиотаж из-за пожара уже улегся, и улицы были пусты. Мэтью увидел, что в одном-двух домах еще горят фонари — наверное, освещая беседу мужа с женой о том, когда бежать из города, сожженного Сатаной, — но в остальном Фаунт-Роял снова заснул. Только на одном крыльце сидел пожилой человек, куря глиняную трубку, и рядом с ним растянулась белая собака. Когда Мэтью приблизился, старик сказал только:

— Погода меняется.

— Да, сэр, — согласился Мэтью, не сбавляя шага.

Он глянул на широкий простор неба и увидел, что облака стали тоньше и реже, открыв множество мерцающих звезд. Появился и серп луны тыквенного цвета. Все еще сыр и прохладен был воздух, но легкий ветерок нес запах сосны, а не застойной воды болот. Мэтью подумал, что, если погода переменится и удержится, здоровью магистрата это будет на пользу.

О действиях кузнеца он решил Вудворду не сообщать. Может быть, это его долг — донести о таком преступлении, за которое Хейзелтон наверняка заплясал бы в воздухе, но магистрату никакие осложнения сейчас не нужны. Кроме того, утрата кузнеца была бы для Фаунт-Рояла тяжелым ударом. Мэтью подумал, что кто-нибудь рано или поздно обнаружит необычные вкусы Хейзелтона и привлечет к ним внимание общественности, но сам он будет держать язык за зубами.

По дороге к особняку, к своей постели, Мэтью подошел к источнику и остановился около дуба на травянистом берегу. В темноте гремел хор лягушек, какие-то животные — черепахи, наверное, — плескались в воде справа от него. Медленная рябь колебала отражения луны и звезд.

Почему это в черепахах оказались золотые и серебряные испанские монеты — а еще и серебряные ложки и черепки? Мэтью сел на корточки, взялся за траву и стал смотреть на эбеновую водную гладь.

«Сие мой дар тебе», — сказал в его сне Сатана.

Вспомнились монеты, сыплющиеся из черепашьего брюха. Гуд тогда показывал ему, что нашел, и Мэтью сказал: «Это вопрос, который требует ответа».

Действительно, требует. Откуда могли черепахи добыть такие монеты? Проглотили их, конечно. Границы их мира — это скорее всего вот этот источник. Значит…

«Что, если… — мелькнула мысль. — А!»

Гипотеза взорвалась в голове пушечным залпом. Он вспомнил, что слышал этот залп еще когда Гуд показал ему свои монеты, но слишком много тогда других вопросов роилось в голове. Но сейчас, в тишине и темноте, мысль гремела раскатами грома.

Гуд нашел золотые и серебряные испанские монеты в брюхе черепах, которые живут в источнике… потому что в этом источнике находятся золотые и серебряные испанские монеты.