— Приятно было с вами познакомиться, сэр. Да… и спасибо за информацию. Можете не сомневаться, что я сохраню ее при себе.

— Не сомневаюсь, — сказал Мэтью и выбрался из задымленного зала наружу раньше, чем смертоносная лира снова вышла из ножен.

По дороге к особняку он перебирал то, что сейчас узнал, как пригоршню необработанных алмазов. Действительно, при удаче и крепости духа он сможет добраться до Флориды. Планирование бегства — набрать провизии, спичек и так далее — будет существенным моментом, и обязательно надо найти и изучить карту. Вряд ли она в библиотеке. Скорее всего она где-то у Бидвелла в кабинете наверху.

Но о чем он думает? Лишиться прав англичанина? Пуститься в путь, чтобы жить в чужой стране? Пусть он знает французский и латынь, но испанский к его сильным сторонам не относится. Даже если он выведет Рэйчел из тюрьмы — первая проблема — и из города — вторая проблема — и доставит во Флориду — третья и самая головоломная проблема, — готов ли он на деле никогда больше не ступить на английскую землю?

И никогда не увидеть магистрата?

Вот еще одно препятствие. Если он действительно преодолеет первые два и уйдет с Рэйчел, то осознание того, что он сделал, может свести магистрата в могилу. Он выпустит из клетки свою ночную птицу ценой жизни человека, который открыл его клетку мрачного отчаяния.

«Вот в этом и беда с вами, законниками. Слишком вы много думаете!»

В доме горели лампы и свечи. Очевидно, веселье еще продолжалось. Войдя в дом, Мэтью услышал голоса из гостиной. Он намеревался беспрепятственно пройти через нее по дороге к лестнице, как чей-то голос его окликнул:

— Мистер Корбетт! Пожалуйста, к нам!

Алан Джонстон только что вышел из столовой, опираясь на свою трость, а рядом с ним — седобородый мужчина, в котором Мэтью предположил главного актера труппы. Оба они были одеты к обеду — Джонстон определенно лучше балаганщика — и держали в руках по кубку вина. Учитель украсил лицо белой пудрой, как в тот вечер, когда прибыли Мэтью и магистрат. Он казался сытым и довольным, что указывало на недавнее перенесение ужина из столовой в гостиную.

— Этот молодой человек Мэтью Корбетт — клерк магистрата, — объяснил Джонстон своему спутнику. — Мистер Корбетт, это мистер Филипп Брайтмен, основатель и ведущий актер театра «Красный Бык».

— Очень приятно! — прогудел Брайтмен, демонстрируя бас, способный поднять покойника на кладбище.

Он пожал Мэтью руку так энергично, что мог бы помериться силой с кузнецом, но сам он был худощав и не особо внушителен, хотя имелся вокруг него этакий повелительный театральный ореол.