— Лягушек мы вам с Борисом наловим, — предложил Алексей Палыч. — Давайте только прекратим поход и вернемся.

— Я не могу отдать приказ прекратить поход. Ребята не согласятся ни с того ни с сего. Не могу же я сказать: так хочет Алексей Палыч.

— Но есть какой-то примерный срок?

— Ориентировочный срок две недели. Если, конечно, критическая ситуация не возникнет до этого.

— Критическая ситуация — это обязательно?

— Желательно.

— Не хотите ли вы сами ее создать?

— Теперь, пожалуй, нет.

— Что значит «теперь»?

Лжедмитриевна промолчала.

— Слушайте, — сказал Алексей Палыч, — вы исследуете земную модель. Но ведете вы себя совсем не по-земному. Наш руководитель принял бы все меры для того, чтобы не было никаких критических ситуаций. В этом его главная задача как руководителя. Вы можете гарантировать, что с ними ничего не случится?

— Теперь могу.

— Вы во второй раз говорите «теперь». Разве что-то изменилось?

И на этот раз Лжедмитриевна промолчала.

— Тогда вот что, — заявил Алексей Палыч. — Я хочу вас предупредить. И ТЕХ, кто нас сейчас слышит. Я собираюсь применить силу. Мне не нравятся эти самые ситуации. Мы с Борисом вас просто свяжем и заставим ребят свернуть по первой встречной дороге. Мне еще не приходилось выкручивать руки женщинам, тем более — инопланетным, но я уже к этому готов.

Лжедмитриевна выслушала эту речь совершенно спокойно.

— Не думайте, что я так уж беззащитна, — сказала она.

— Лучи с неба? — саркастически спросил Алексей Палыч.

— Нет. То, что я не умею плавать, — просчет. Об этом забыли потому, что у нас вода под землей. Но кое-что я умею.

— Например, терять нужные карты, — подсказал Алексей Палыч. «Намека» Лжедмитриевна не поняла или не захотела понять.