— Сомневаюсь.
— Почему?
— У крысы не было выхода, но если человека начать охлаждать, он уже при десяти градусах может дать в морду. Лучше замораживать говядину.
— Хорошо, оставим медицину в покое и поговорим о новых изобретениях, например в области алкогольной. Слышали вы о новом открытии румынских ученых, которым удалось добыть алкоголь из нефтяных газов?
— Настоящий человек раздобудет алкоголь где можно и где нельзя и все выпьет — одеколон, скипидар, политуру. У нас на Торговой после войны железнодорожники гнали самогоп из карбида, так называемую карбидовку. Он был даже довольно вкусный, только воду после него употреблять упаси боже. Карбид от воды воспламенялся, и огонь валил из носу, как из трубы.
Тут пан Теось прервал интервью, заявив, что величайшим чудом современной техники он считает варшавский трамвай. Почему? Да потому, что в него всегда еще один пассажир влезет. И действительно, пан Теось свободно втиснулся в трамвай номер три, набитый сверх человеческих возможностей…
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀ ⠀ Скооперированные четверняшки ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀ ⠀
Скооперированные четверняшки
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
— Ну, что вы скажете, пан Крувка о лодзинских скооперированных четверняшках?
— О каких четверняшках?
— Вы не знаете, что в свое время в городе Лодзи на свет родились четверняшки?
— Ну, конечно, я читал, но почему вы говорите, что они скооперированные? Разве их было не четверо?
— Если считать поштучно, то было четыре, только не все родились в Лодзи, и у каждого была другая мама.
— Но ведь это же редкость. Чудо!
— Не чудо, а комбинация. Одна ловкая лодзянка скомбинировала трех крошек, добавила к ним одного своего и выдала их за четверняшек.
Налетели любопытные, газеты стали шуметь, и дело пошло на полный ход.
Со всей Польши начали съезжаться люди, посыпались денежные переводы и посылки. Пеленки прибывали вагонами, а одних только колясок на рессорах со складными клеенчатыми верхами прибыло около тридцати штук.
— Кто бы мог предположить, что в Лодзи люди смогут что-либо подобное придумать. Варшаве и то было бы не зазорно. Ведь это наши варшавские земляки ухитрились как-то продать оболтусам из провинции трамвай, мост, памятник королю Зигмунду и Главный вокзал под дансинг. Но четверняшки тоже неплохое изобретение.
— Что вы хотите, Лодзь равняется на нас, вырабатывается помаленьку.
— Благодаря междугородным автобусам. За неполные три часа вы с лодзинской Пиотрковской попадаете на варшавскую Маршалковскую. Ездят люди туда и назад, вот и растет культура.
— Только жалко, что все это наружу вышло. Уже с самого начала некоторым казалось подозрительным, что четверняшки не очень-то похожи друг на друга. А близнецы должны быть похожи так, чтобы их только по номерам можно было различать.
А тут один черный, другой блондин, третий веснушчатый, как большое несчастье, а четвертого утром и вечером надо было бритвой обрабатывать по причине густой растительности на подбородке.
— Ох, пан заливает!
— Накажи меня бог, если вру. Борода у него мгновенно отрастала, потому что ему недавно исполнилось двадцать девять лет, и, прежде чем эта гражданочка его в четверняшки наняла, он в цирке номер один лилипутом работал благодаря маленькому росту. Из-за него вся эта заваруха и произошла.
— Каким образом из-за него?
— А таким, что однажды его мамуся побежала на почту за деньгами, а ему велела братишек занимать, пеленать и тому подобное.
И что вы думаете, в это время приходят две гражданочки с подарками и смотрят, что трое четверняшек забавляются погремушками, а четвертый поставил перед собой пол-литра, стаканчик, триста граммов итальянской колбасы на бумажке разложил — газует и закусывает.
Сами понимаете, что гражданочки обомлели, а потом побежали в милицию.
И теперь у мамуси большие затруднения, тем более что выяснилось, будто однажды она уже таким манером публику тройней морочила.
— А по-моему, милиция зря в это вмешалась. За что неприятности? Не могла женщина сама родить, собрала четверню на кооперативных началах. Мне кажется, она премию должна получить.
— За что премию?
— За правильную политическую ориентацию. За смекалку и поддержку народного достоинства. Сперва произвела на свет тройняшек, потом скомбинировала четверняшек, в будущем году могла бы добиться пяти карапузов. Через два года польские шестерняшки удивляли бы весь мир, и Америка со своими пятерняшками могла бы спрятаться!
— Это точно!
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀ ⠀ Вы не видели милиционера? ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀ ⠀
Вы не видели милиционера?
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
С гражданской милицией я сотрудничаю, как бы это вам сказать, уже около пятнадцати лет. Именно пятнадцать лет назад я впервые заплатил штраф за переход Кавенчинской улицы под красным светом.
А двумя годами позже смотрю — на углу Нового Света и Аллеи установилась очередь, я спросил, кто последний, и тоже встал. «Что бы ни давали, — думаю я, — но встать не мешает». Потому что это были времена еще до поднятия жизненного уровня. Ждать пришлось недолго, дошла моя очередь, смотрю — милиционер продает штрафные квитанции за неправильный переход улицы. Это был рационализатор труда — установил своих клиентов в очередь, чтобы дело шло быстрее.
Или как-то раз на Зеленецкой, возвращался я домой довольно поздно, возле парка Падеревского подходит ко мне какой-то тип, вежливо кланяется и спрашивает:
— Извините, не видели ли вы поблизости милиционера?
— Нет, не видел, но если хотите, я могу сбегать поискать, — говорю я.
— Спасибо, не надо. Выскакивай из пальтишка!
И, так как в руках у него был кирпич, я выскочил и еще обрадовался, что он не приказал мне вылезть из штиблет, потому что на улице было очень грязно.
В тот раз сотрудничество с милицией мне не удалось. Но все равно милиция меня всегда интересует. Поэтому, как только я узнал о юбилейной выставке во Дворце культуры, я сразу же отправился туда. Должен сказать, что это невозможно интересная выставка.
Прекрасный комплект отмычек для «клавишников», поучительные образцы краж, взламывания сейфов, грабежей, подделок, мошенничества. Одним словом, для каждого найдется что-нибудь близкое сердцу. Поэтому давка у витрин о экспонатами невозможная. Только ставки высоковаты: пять, десять, пятнадцать лет.
Имеются также интересные портреты с натуры ученых фармазонов, исключительных жуликов, а также дипломированных специалистов по мокрой работе.
Уже на улице я подумал обо всех этих радиоаппаратах, электрических мозгах, оттисках пальцев и атомных машинах для накрывания преступников, обо всем том, что можно увидеть на выставке. И пришел к заключению, что седьмая заповедь «Не пожелай добра ближнего своего» очень скоро перестанет калькулироваться, выйдет из моды. И для чего тогда нужна милиция! Придется провести всеобщее сокращение по причине отсутствия заказов.
В это время на Маршалковской улице я увидел на лотке с книгам криминальный роман под названием «С параграфом запанибрата». Автор там подробно описывал замораживающие кровь происшествия и кражи.
«Нужно было в жизни основательно посидеть, чтобы приобрести такой опыт»[28], — думаю я и беру эту интересную книжку. Хочу заплатить, лезу за бумажником — нету!
Пока я смотрел выставку, у меня бумажник стащили.
Значит, дело обстоит еще не так плохо, как мне показалось. Милиция еще потребуется.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀ ⠀ Двинем на Луну ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀ ⠀
Двинем на Луну
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Мы, летчики, отмечаем сегодня свой тридцатилетий юбилей. Каким образом я сделался летчиком? Очень обыкновенным. Тридцать лет тому назад, когда было организовано в Польше воздушное агентство «Лёт», мы с шурином совершили первое надвоздушное путешествие в Краков. Каждое начало трудно, во-первых, мы не знали, как быть с этими «воздушными ямами». Одни нам говорили, что надо лететь натощак, чтобы у желудка не было искушений. А другие утверждали, что как раз наоборот — нужно хорошенько пообедать, не менее как из трех блюд, чтобы было что отдать обратно.
Ну, мы отправились после приличного второго завтрака в ресторанчике «У карася». Надо сказать, что шурин в первом путешествии вел себя не совсем прилично. Сначала он поменялся местами с каким-то жалким типом, который канючил, что не может лететь спиной. Пекутощак уступил ему свое место, сказав, что для него это не составляет никакой разницы.
А как только мы оторвались от земли, шурин сильно побледнел и начал, прошу прощенья, наклоняться… к тому типу, что сел визави нас. Тип сорвался с места и стал предъявлять претензии:
— Вы говорили, что для вас это не составляет разницы… а теперь что?!
— И не составляет, — ответил шурин. — Лечу ли я передом или задом, после шпрот в прованском масле я свое оттерпеть должен.
Мы совладали с ним при помощи специальных мешочков, которые в самолете имеются в любом количестве, и все пришло в порядок. Но не надолго. Когда летчик сообщил, что мы находимся над Груйцем, шурин вскочил с места и стал кричать:
— Пан мастер, съезжай малость вниз, я хочу родственникам показаться. Дядя Змейка ресторан в Груйце содержит, недалеко от почты. Я только через окно ему помашу, и можешь, пан, жарить дальше.
Но пилот только посмеялся. Сказал, что у него нет времени, и двигал дальше по Млечному Пути. Шурин распалился и хотел сам повернуть аэроплан в сторону ресторана дяди Змейки. Мне пришлось дать ему два раза в ухо и усадить на место.