— О Боже, ты сделал это. Мы наверху, Ники. Там стоят машины. Ты справился, Ники. Ты справился!

Он попытался что-то сказать, но язык не слушался. Николас рванулся вперед, к огням, а Ройан закричала:

— Помогите нам. Пожалуйста, помогите. — Сначала на английском, потом на арабском. — Пожалуйста, помогите!

Раздались ответные возгласы и топот ног. Николас медленно опустился на тонкую горную траву, а Ройан соскользнула у него со спины. Их окружили темные фигуры, переговаривающиеся на амхарском. Дружеские руки подхватили путников и наполовину понесли, наполовину потащили к свету. Потом на лицо Николаса упал свет фонаря и раздался очень английский голос:

— Привет, Ники. Какой сюрприз. А я приехал из Аддис-Абебы искать твое тело. Слышал, что ты мертв. Немного преждевременные слухи, не правда ли?

— Привет, Джеффри. Спасибо, что беспокоишься обо мне.

— Осмелюсь сказать, тебе не помешала бы чашка чаю. Ты выглядишь немного утомленным, — проговорил Джеффри Теннант. — Я и не знал, что в твоей бороде есть рыжие и седые пряди. Классная щетина. Очень модно. Тебе идет.

Николас осознал, какое зрелище являет — оборванный, небритый, грязный и осунувшийся от усталости.

— Ты помнишь доктора Аль Симма? У нее немного болит колено. Не мог бы ты о ней позаботиться?

В этот миг ноги Харпера подогнулись, но Джеффри Теннант подхватил его, не дав упасть.

— Спокойно, старик. — Он подвел баронета к брезентовому складному стулу и заботливо усадил. Другой стул принесли Ройан. — Летта чай хапа! — издал Джеффри универсальный призыв англичанина в Африке, через пару минут дал им кружки с горячим переслащенным чаем.

Николас отсалютовал Ройан своей чашкой:

— За нас. Таких, как мы, больше нет.

Оба принялись жадно пить, обжигаясь. Кофеин и сахар влились в кровь подобно электрическим зарядам.

— Теперь я знаю, что буду жить, — вздохнул Николас.

— Не хочу показаться назойливым, но не мог бы ты мне объяснить, что за чертовщина здесь происходит? — попросил Джеффри.

— Может, ты начнешь? — отозвался его друг. Ему требовалось время, чтобы оценить ситуацию. Что знает Джеффри, и кто ему это рассказал? Теннант немедленно приступил к рассказу:

— Сначала мы услышали, что твоего приятеля, белого охотника Брусилова, выловили из реки возле суданской границы, изрешеченного пулями. Крокодильчики и сомы закусили его лицом, так что приграничная полиция опознала русского лишь по документам в поясе.

Николас бросил взгляд на Ройан и нахмурился, призывая ее быть осторожной.

— В последний раз, когда мы его видели, он отправился в разведывательную экспедицию в одиночку, — объяснил он. — Должно быть, столкнулся с тем же отрядом шуфта, что напал и на наш лагерь четыре ночи назад.