К моменту приземления в Аддис-Абебе они подготовили историю и тщательно ее отрепетировали. Как только «сессна» остановилась перед зданием аэропорта, Джеффри снова ожил и, хотя оставался немного зеленым, даже помог Ройан спуститься по трапу самолета.

— Разумеется, вы будете жить в резиденции, — заявил он. — Отели здесь слишком ужасны, чтобы даже говорить о них, а у его превосходительства вполне приличный повар и терпимый винный погреб. Я поищу для вас одежду. У моей супруги примерно тот же размер, что и у вас, доктор Аль Симма, а Ники чудесно влезет в мои костюмы. Слава Богу, у меня есть запасной смокинг. Господин посол немного склонен к формальностям.

Резиденция британского посла была построена во время правления старого императора, Хайле Селассие, до вторжения Муссолини в 1935 году. Расположенная на окраине города, она являла собой блестящий пример колониальной архитектуры, с крышей из пальмовых листьев и широкими верандами. За газонами ухаживала целая армия садовников. Широкие зеленые пространства лужаек резко контрастировали с ярко-малиновыми пойнсеттиями. Особняк пережил революцию и последовавшую за ней освободительную войну.

У парадного входа Джеффри передал своих спутников эфиопскому дворецкому в длинной, безукоризненно белой шамме, проводившего их к соседним спальням на втором этаже. Лежа в собственной ванне, полной до краев, и потягивая виски с содовой, поигрывая пальцем ноги кранами, Николас слышал, как льется вода в ванной Ройан. Потом из-за соседней двери донесся голос доктора, осматривавшего ее колено.

Смокинг Джеффри оказался Харперу широк в талии, а рукава коротковаты, равно как и штанины брюк. Туфли жали, и, кроме того, не мешало бы постричься, подумал Николас, разглядывая себя в зеркало.

«Ничего не поделаешь», — обреченно подумал он и постучался в дверь Ройан.

— Боже мой! — воскликнул Николас, когда дверь открылась.

Сильвия Теннант одолжила молодой женщине платье для коктейлей лаймово-зеленого цвета, изумительно оттеняющего оливковую кожу Ройан. Она вымыла голову и распустила волосы по плечам. Пульс Николаса убыстрился, как у подростка на первом свидании.

— Ты выглядишь потрясающе, — честно сказал он.

— Спасибо, сэр, — рассмеялась в ответ Ройан. — Вы тоже неплохо смотритесь. Позволите опереться о вашу руку?

— Я надеялся понести вас. Я успел привыкнуть к этому.

— Эти дни прошли, — заявила Ройан, взмахнув резной тростью из слоновой кости, которой ее снабдил дворецкий, и оперлась на нее со стороны больной ноги. Двигаясь по длинному коридору, она спросила шепотом: — Как зовут нашего хозяина?