Не успел Зуга спуститься вниз, как Уилл Дэниел застыл, напрягшись всем телом, конвульсивно дернулся и скатился с нежного молодого тела. Кровь покрывала сержанта от колен до пупка на отвисшем волосатом брюхе. Расцарапанное лицо распухло.

– Ей-богу, Джим, – пропыхтел сержант, – это куда лучше, чем нажраться до отвала! Давай, твоя очередь оседлать эту сучку…

Заметив появившегося из темноты Зугу, Дэниел ухмыльнулся.

– Майор, обслуживание в порядке очереди…

В два шага Зуга подошел к сержанту и пнул его каблуком сапога в ухмыляющуюся рожу. Нижняя губа Уилла Дэниела треснула, точно распускающийся розовый бутон. Сержант неуклюже вскочил на ноги, выплевывая белые осколки зубов, и торопливо натянул штаны, прикрывая срам.

– Убью! – Он потянулся к ножу, висевшему на расстегнутом ремне, но Зуга воткнул дуло винтовки в живот Дэниела, заставив того согнуться пополам, а потом резко развернулся и врезал прикладом в висок Джима Торна, который протянул руку к валявшемуся на полу ружью.

– Встать! – ледяным тоном приказал Зуга.

Покачиваясь и зажимая ладонью набухшую над ухом шишку, Джим Торн попятился к стене пещеры.

– Я тебе это припомню! – выдавил сержант Дэниел, все еще держась за живот.

Зуга направил на него винтовку и тихо сказал:

– Пошли вон. Вон отсюда, свиньи поганые.

Дэниел и Торн зашаркали вверх по ступенькам. Добравшись до выхода из пещеры, сержант злобно пригрозил:

– Я тебе припомню, майор, твою мать, Баллантайн! Я до тебя доберусь!

Зуга повернулся к девушке. Она стянула с головы накидку и скорчилась на каменном полу, поджав под себя ноги и пытаясь остановить кровотечение. На Зугу пленница смотрела с яростью раненого леопарда, пойманного зазубренными челюстями капкана.

Охваченный состраданием Зуга понимал, что помочь ей ничем не может.

– Ты, которая была Умлимо, перестала ею быть, – произнес он.

Откинув голову, девушка плюнула в него. Плевок запузырился на сапогах Зуги, но усилие заставило пленницу всхлипнуть и прижать ладони к низу живота. По черному бедру потекла свежая струйка алой крови.

– Я пришел, чтобы уничтожить Умлимо, – продолжал Зуга, – однако она уже уничтожена, и пуля для этого не понадобилась. Иди, девочка. У тебя отняли дар духов. Уходи поскорее, но иди с миром.

Точно раненый зверек, девушка поползла на четвереньках в темный лабиринт туннелей, оставляя на каменном полу кровавый след.

Внезапно она оглянулась.