– Я скучаю по вам обеим, – сказала она. – Я обещаю, что возьму вас с собой, если смогу.

Она погладила гладкую холодную лобную кость Амы.

– Я унесу тебя с собой, Ама, – ласково произнесла она и улыбнулась. – А ты унесешь с собой маму – так, как ты делала это когда-то давным-давно.

Минуты текли одна за другой. Прошел уже, наверное, целый час. Сидя в темноте и вспоминая о своей матери и о старой няне, Ямина дышала неглубоко и медленно.

Из внешности своей матери она лучше всего помнила ее длинные темно-русые волосы. Когда Ямина была еще очень маленькой, ее мать частенько наклонялась над ней так, что тяжелый занавес темно-русых кос скрывал ее полностью. Спрятавшись подобным образом вместе со своей дочкой от окружающего мира, Изабелла ласково целовала ее и тихонько терлась своим носом о ее нос… Ямина откинула голову, уперлась затылком в стену и мысленно представила, как материнские косы касаются ее лица. Сложив губы бантиком, девушка замерла в ожидании поцелуя.

Она уснула. В своем сне Ямина увидела, как она недавно разговаривала с Еленой, и вспомнила о едких каплях пота у себя под мышками и сухость во рту.

– Ты и в самом деле любишь его? – спросила Елена.

Произнося эти слова, она потянулась к Ямине своей тростью и, ловко орудуя ее кончиком, отделила длинные пряди каштановых волос девушки от ее влажной от пота шеи. В этом прикосновении было что-то похожее на близость, на ласку, и Ямине на мгновение показалось, что она почувствовала запах этой женщины, сладострастно смешавшийся с ее собственным запахом.

Заданный Еленой вопрос застал ее врасплох. Ситуация была совсем не подходящей для такого вопроса, да и Елена стояла уж слишком близко.

– Ну конечно, люблю, – ответила Ямина. – Ну конечно, я люблю его. Мы ведь должны пожениться!

Свою последнюю фразу она произнесла чрезмерно громко, и искренность ее слов оказалась как бы под сомнением в силу пронзительности голоса.

Елена улыбнулась.

– Брак вряд ли является доказательством любви, – сказала она.

Ямина не стала оспаривать эту очевидную истину и сосредоточилась лишь на том, чтобы как-то суметь выдержать пристальный взгляд Елены. Под ее взглядом она чувствовала себя так же напряженно, как чувствует себя человек, стоящий уж слишком близко к огню.

– Почему ты любишь его? – спросила Елена, наклоняя голову к плечу с таким видом, как будто ответ Ямины действительно имел для нее значение. – Он не может защитить тебя. Он даже не может заняться с тобой любовью.

– Он сильнее меня, – сказала Ямина. – Он сильнее вас.

Она ужаснулась собственной дерзости, но все же не смогла удержаться и продолжала говорить: