– Дим, если надо, у меня помповое ружье есть, все законно. Возьми – всяк спокойнее со стволом.

– Спасибо, Михалыч. Пожалуй, не повредит. Сейчас не могу поехать, у меня уроки через час, так что, если вам не сложно, привезите мне к школе часа в два.

– Понял. Как подъеду, наберу. – Он помолчал. – Сильно припекло? Может, позвонить куда?

– Пока не стоит, думаю, решу. Но осторожность не помешает. Один мой ученик уже попал в специнтернат, якобы за распространение наркотиков, а его девушка – в психушке. Они там настроены серьезно.

– Мы же новую собаку завели, я тебе говорил?

Ларин дернулся при упоминании о собаке, тотчас перед его глазами возникла облепленная мухами морда ротвейлера.

– Нет. Молодцы, что завели. Многие не решаются после смерти любимца…

– Позвони Виктору, – сказала Света, застегивая баул. – Я уже Марго рассказала, что мы едем к родителям. Она испугалась за нас. И за тебя тоже. Если нужно, Виктор обеспечит тебе охрану из ФСО. Негласно, конечно.

– Света… какое ФСО учителю математики, сама подумай. Я и так уже Виктору обязан, не хочу навязываться. К тому же…

– Что?

Из своей комнаты вышел Олег, он нес стопку компакт-дисков.

– Лучше учебники возьми. Если я тебя отмазал от учебы на пару недель, это не значит, что учеба прекратилась! – сказал Ларин.

– Ну па-ап… каникулы уже. Все, что надо, я взял.

– Я вижу. – Ларин увидел на одном из дисков надпись «Pink Floyd / The Wall» и неожиданно успокоился.

Сходи на представление, только билет куплен на одного. Ты один будешь участником этого шоу, только ты и твои враги, и никто не помешает вам сделать это по-мужски.

Ларин быстро взглянул на тестя. Тот, благодаря многолетней охотничьей практике, подозревал неладное, но сейчас он был занят погрузкой вещей в минивэн.

Никто ничего не заметил. И хорошо. Неизвестно, чем все закончится. Неизвестно, доживет ли Ларин до конца дня. А если доживет, то в каком виде?

Света подошла к нему и взяла за руку.

– Ты точно справишься? Может, поехали с нами?

Он заставил себя улыбнуться. Сделать так, чтобы она ничего не заподозрила. У нее и так забот хватает. Темные круги под глазами, бледное лицо – на солнце почти не бывала, каждую секунду своей жизни уделяя дочери.