С новым Генеральным, когда он еще был следователем по особо важным делам, они вместе работали и по знаменитому хлопковому делу, и по переброске оружия на Кавказ, так что пуд соли съели.

– Как всегда, сорока на хвосте принесла, – ухмыльнулся Бурцев.

– Ты хоть представляешь, что это за… офицеры?

– Не представляю, потому и запрос послал.

– Так вот, забудь эти фамилии, – посоветовал Генеральный. – Иначе и тебе, и твоей сороке хвосты выщипают.

Бурцев ничуть не сомневался, что так, скорее всего, и будет, поскольку неконтролируемая специальная служба, к которой принадлежал головорез Елизаров, уже успела проявить себя после того, как Бурцев вернулся из командировки.

Она не останавливалась ни перед чем и имела руки невероятной длины: из музея криминалистики при странных обстоятельствах исчез кубок, изготовленный тульскими мастерами из черепа зубцовского старца. По этому факту возбудили уголовное дело, арестовали музейную сиделку – бывшую милицейскую майоршу и теперь раскручивали эту бедную старуху на Петровке.

Бурцев и соваться туда не стал. Операция «Пирамида» скорее всего близилась к завершению, череп безвестного старца уложили наконец в некую пирамиду черепов, вероятно, похожую на ту, что изображена на известном полотне художника Верещагина «Апофеоз войны».

Или увенчали ее золоченым кубком?

Он бы внял совету Генерального и не стал подставлять свой хвост, но зло взяло, и больше из-за нагло похищенного кубка.

– В таком случае я напишу официальное представление в Верховный суд, обидевшись, заявил Бурцев. – И все подробно изложу. А потом пусть щиплют. С меня, кроме анализов, взять нечего.

– Поглядите на него! Герой! – От негодования Генеральный стал грызть ногти – это была его старая привычка. – Представление!.. Тогда уж в ООН пиши, или Господу Богу!.. Есть вещи, с которыми не шутят.

Последняя фраза тоже была знакома, много раз слышима и означала растерянность. Бурцев сидел напротив за приставным столом, а Генеральному, наверное, казалось, висел над душой.

– Короче, так, – наконец определился он. – Эта спецслужба мне известна. Если хочешь, находится под моим контролем. Правда, все относительно… А занимается она заговорами. Ты удовлетворен? Информации достаточно, чтобы спал спокойно?

– По-моему, она плетет заговоры, а не раскрывает.

– Поди разберись…

– Да и какие могут быть заговоры? Если серьезно?

– Какие? – Генеральный многозначительно помолчал. – В глаза в верности клянутся, а за глаза такое плетут! Когда обстановка в стране революционная, кажется, так легко ее к рукам прибрать! Прецедент создан… Запросто может быть колумбийский вариант. Красные, белые, коричневые, зеленые, черные – все цвета радуги, и все хотят.