Павел побежал наугад. Временами ему казалось, что он видит следы собаки. Потом следы пропадали.

Снег, снег, снег…

Павел останавливался в растерянности. Лес обступал его со всех сторон. Павел снова бросался в чащу.

Падая и подымаясь, царапая лицо и руки, он звал собаку:

— Юкон… Юкон… Юкон…

Ветер стихал, и лесное эхо повторяло:

— Он… он… он…

Павел чуть не плакал от стыда и досады. Он не представлял себе, как вернется на заставу без Юкона. Рядом граница, — что, если собака убежит на ту сторону? И как могло случиться, что Юкон, замечательный, верный Юкон убежал от своего проводника?

Недалеко от лужайки, где произошел бой Юкона с серой собакой, Павел наткнулся на пень, сломал лыжную палку и сильно разбил колено.

Поднявшись и отряхнув снег, он попробовал бежать дальше. Оказалось, что едва может идти. Было очень больно.

В совершенном отчаянии Павел сел на свалившееся дерево.

Взошло солнце, и стволы сосен зачернели на оранжевом небе. По снегу побежали яркие тени.

Тогда Павел услышал дикий, пронзительный вой.

Хромая, цепляясь руками за деревья, Павел приковылял на опушку. Совсем близко от него, отчетливо выделяясь на снегу, стоял Юкон. Передними лапами он упирался в труп серой собаки. Голова была поднята прямо вверх, к ослепительному небу. Снег вокруг пестрел пятнами крови.

Павел бросился к собаке.

— Юкон! Юкон! — кричал он.

Юкон замолчал и повернул голову. Узнав проводника, он завилял хвостом и, приложив уши, с визгом бросился к нему. Он терся о ноги Павла и лизал ему руки.

Павел подошел к убитой собаке и снял с нее ошейник.

Он говорил: «Юкон, собачка! Ты не убежал. Ты замечательно работал. Ты молодец. Ты умница. Мы возьмем с собой этот ошейник и докажем, что ты не просто удрал».

Вдруг Павел замолчал и стал внимательно разглядывать ошейник.