Фон Белов с улыбкой обратился к англичанину:

— A-а, Протце, мне кажется, вы не встречались с нашим новым коллегой. Рейхсфюрер прислал его вместо Фегеляйна. Это… — А окончания Грегори даже не слышал. Человек обернулся к нему, и на Грегори глянул единственный глаз обергруппенфюрера Граубера.

Глава 26 Как гром средь ясного неба

Глава 26

Как гром средь ясного неба

Какое-то мгновение ни один из них не шелохнулся. На лице Граубера застыло крайнее изумление, а на лице Грегори — озабоченность. Ведь именно из-за такой встречи со старым заклятым врагом он отказывался от предложения Геринга откомандировать его в штаб-квартиру фюрера.

И в последние дни, занятый драмой, разыгрываемой в бункере и на фронтах, он совсем забыл о Граубере.

Теперь он мысленно клял себя за халатность, что не сообразил, когда в этом всеобщем хаосе рушатся все структуры, разведслужбы Геринга тоже могли пострадать и давать сбои. А такой человек, как Граубер, ни за что не останется умирать в пораженной армии и несомненно поспешит поближе к кормушке власти, где жизни его ничего не будет угрожать — хотя бы какое-то время.

Если бы Грегори не был захвачен врасплох и поприветствуй он Граубера как ни в чем ни бывало, тогда, возможно, обергруппенфюрер не поверил бы собственным глазам, точнее, глазу. Но у Грегори отвисла нижняя челюсть, а в глазах при виде этого гориллоподобного эсэсовца мелькнула тревога. И в тот же миг Грегори понял, что Граубер его узнал. С кошачьей проворностью, которую трудно было ожидать от человека его комплекции, он отпрыгнул назад, и рука его зацарапала ногтями по кобуре в поисках пистолета.

Но кобура была пуста. Граубер забыл, что сдал пистолет при входе, как полагалось это сделать всем. А Грегори об этом не забыл, поэтому его реакция была совершенно другой.

Подняв удивленно брови, он перевел взгляд на фон Белова и спокойно произнес:

— Извините, полковник, я не уловил имени обергруппенфюрера.

Граубер разразился серией визгливых выкриков:

— Как же, он не знает! Он не знает моего имени, но я зато знаю, как его зовут! Грегори Саллюст! Британский супершпион!

Фон Белов внимательно оглядел обоих, улыбнулся и произнес:

— Дорогой мой обергруппенфюрер, то, что вы говорите — полный абсурд. Я…

— Это не абсурд, это факт, — отрезал Граубер.

Грегори выдавил из себя улыбку, покачал отрицательно головой и сказал:

— Вот уж никогда не предполагал, что могу походить на такой знаменитый в ваших кругах персонаж. Однако моя фамилия, как вы слышали, Протце, я служу в штабе рейхсмаршала.

— Ага, вы, значит, и его провели, — прорычал Граубер. — Сколько же порядочных немцев вы обвели вокруг пальца своим безупречным немецким! Но я-то знаю, кто вы такой на самом деле, и наконец-то вы в моих руках. На этот раз я вас не упущу.