— Пью его…

— Хорошо сказано — пью. К сожалению, многое в жизни приходится только пить, без удовольствия и без отвращения. Коньяк вы тоже пьете?

— Его трудно достать.

— Но у меня есть коньяк. Кофе с коньяком доставит нам удовольствие…

Они прошли в столовую. Здесь Саида ждал сюрприз — за столом сидел Рудольф Берг. Улыбающийся Берг. Впервые он увидел его в такой обстановке — почти домашней, не напоминающей о существовании опасности.

— Познакомьтесь! — сказал Эккер и закрыл дверь в столовую. — Пока я приготовлю кофе, вы сможете послушать орган Святого Стефана…

Это была шутка, а может быть, пение органа действительно долетало до комнаты, выходившей окнами в сторону собора, и не в виде стонов и вздохов, а чарующей гармонией голосов. Саид услышал только вздохи, уже знакомые вздохи, и больше ничего.

Пока Саид устраивался на старинном стуле, высокая резная спинка которого едва не касалась плеча гостя, Рудольф смотрел на товарища точно так же, как несколько минут назад смотрел Эккер, и улыбался.

«Почему им хорошо? — спросил себя Саид. — Или тишина приносит радость?» И ему тоже захотелось, ужасно захотелось испытать радость и не какую-то отвлеченную, а обычную, ну, например, узнать, что он здоров.

— Сейчас будем пить кофе, — сказал Берг. — Я не люблю его, никак не могу привыкнуть к этому горькому напитку. А пора бы уже привыкнуть.

«Я тоже не люблю, — хотел ответить Саид, но не ответил, а лишь понимающе кивнул. — Конечно, разве можно привыкнуть к черному кофе… Это не для нас…» И ему стало приятно от сознания какой-то общности с Рудольфом, общности, по-детски наивно выраженной в этом пустяке.

— Но пить все-таки будем, — продолжал Берг, наблюдая, как Саид неуверенно, преодолевая слабость, кладет руки на стол и как борется с желанием откинуть на спинку стула голову. На какую-то долю секунды мелькнула во взгляде Берга тревога и даже жалость. Но только на долю секунды. Ни тревоги, ни жалости Саид не заметил — он видел лишь светлую радостную улыбку на лице друга и тоже улыбнулся в ответ.

— Ну, конечно же, будем пить, — охотно согласился Саид. — Не надо обижать хозяина.

Не надо — это аргумент. Хозяин хороший человек, он не сказал Саиду о боли.

— И не только сегодня будем пить, — протянул свою мысль Берг. — Когда дорога снова приведет тебя в Вену и ты окажешься один… Совсем один, постучишь в дверь Эккера.

Причастность Эккера к их общей тайне не удивила Саида, во всяком случае, не показалась слишком неожиданной теперь, но упоминание об одиночестве испугало.

— Это может случиться? — спросил он.