– Поверьте, мсье, – бормочет библиотекарь, – я не хочу обидеть ни мсье Бертанваля, с которым имел честь познакомиться несколько дней назад, ни других мсье, но это один из самых значительных моментов моей жизни.
Д’Аламбер выслушивает его признания с невозмутимостью человека, который в силу возраста и занимаемого положения выслушал за свою жизнь немало подобных комплиментов. Дон Педро в вежливых и сдержанных словах также выражает свое восхищение трудами д’Аламбера, которого он отлично знает и с удовольствием и пользой для себя прочел «
– Для нас большая честь, дорогие коллеги, – говорит философ, – принимать в Париже просвещенных испанских академиков.
Адмирал с учтивой простотой кланяется другому знакомому Бертанваля: это пожилой человек, высокий, грузный, с лысой макушкой и волосами до плеч, а также багровой физиономией, пораженной псориазом.
– Неужто я имею честь познакомиться с самим профессором Франклином? – спрашивает дон Педро на вполне сносном английском.
– Именно так, – отвечает тот, польщенный.
– Это для меня честь и удовольствие, мсье, – говорит адмирал, переходя на французский. – Я имел счастье прочитать один из ваших трудов. Меня очень заинтересовало учение о кристалле и бифокальных линзах, а также возможности использовать громоотводы на морских судах… Позвольте мне выразить симпатию борьбе за независимость, которую ведут ваши соотечественники в Северной Америке… Как вам известно, моя родина безоговорочно ее поддерживает.
– Знаю и премного вам благодарен, мсье, – отвечает Франклин все тем же любезным тоном. – С тех пор как я в Париже, я часто общаюсь с вашим послом, герцогом де Аранда, и он всегда производит на меня самое приятное впечатление.
Оживленная беседа идет своим чередом, когда Бертанваль излагает своим собеседникам цель пребывания дона Эрмохенеса и дона Педро в Париже. Те выражают свои сомнения и опасения, а д’Аламбер упоминает спорную достоверность некоторых переизданий «Энциклопедии». Только перепечатка ин-фолио, сделанная в Женеве между 1776 и 1777 годом, уверяет он, полностью соответствует первому изданию. Вот почему сейчас сложно найти даже эту перепечатку. Последнее полное издание, насколько ему известно, к несчастью для испанских друзей, несколько месяцев назад было отправлено в Филадельфию присутствующим здесь сэром Франклином.