— В гараже гебитскомиссариата достаточно машин. Взяли эту, возьмем еще. Там есть надежные ребята, они готовы не только машину, а и самого гебитскомиссара украсть и доставить в отряд, — ответил Струтинский.

— Этого вам не разрешат. Беер не такая уж важная персона, чтобы из-за него рисковать. В Ровно есть поважнее. А другую машину достать нужно.

Не прошло и трех дней, как Николай приехал на почти новеньком «оппеле».

— О, именно на такой машине и разъезжать гауптману! — воскликнул Кузнецов.

— Но «адлер» не нужно бросать, — сказал Коля. — Отправим его на «маяк», пусть постоит. Он еще может пригодиться.

— Не возражаю, — одобрил Николай Иванович.

С тех пор на партизанском «маяке», замаскированный ветками, стоял резервный комфортабельный лимузин. А в селе Тютьковичи Василий Бурим организовал своеобразную мастерскую-гараж, где, кроме профилактического ремонта, еще перекрашивали «оппель». После каждой очередной операции он из серого превращался в кофейный, из кофейного в зеленый, из зеленого в черный.

— Теперь, товарищи, можно браться за большие дела, — радовался Кузнецов.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась Валя Довгер.

— Дмитрий Николаевич рекомендовал заняться лицами, близкими к Коху, — его заместителями, начальниками штабов. Сам рейхскомиссар вряд ли появится тут. Очень уж неважны дела у немцев на фронте. Сталинград. Курск. Гитлер не на шутку струсил. И Кох тоже. Он чувствует себя лучше в своей резиденции в Восточной Пруссии. Тут же всеми делами ведает Даргель.

— Да, этот палач считает себя полновластным хозяином Украины, — добавила Валя. — В рейхскомиссариате он завел строгие порядки, словно сам фюрер. Даже в кабинет Коха перебрался.

— Ты, Валя, займись изучением его распорядка дня: когда приходит на службу, когда обедает и возвращается с обеда, кто его сопровождает…

Через несколько дней мы получили от Вали подробную информацию: заместитель рейхскомиссара по политическим вопросам Пауль Даргель почти безвыездно находится в Ровно, живет в одном из лучших особняков по Шлесштрассе. Изредка выезжает в Киев, Днепропетровск, Одессу, Винницу для решения вопросов, связанных с режимом оккупации. Он резок, даже груб, вспыльчивый, ежедневно учиняет разносы тем, кто не очень четко выполняет распоряжения оккупационных властей, особенно если это касается борьбы с партизанами. Это он подписал приказ всем местным властям соорудить виселицы, на которых время от времени менять повешенных. В личной жизни он очень аккуратен, все делает с немецкой пунктуальностью. На службу и домой ходит пешком в сопровождении личного адъютанта, который носит под мышкой желтую кожаную папку. Ежедневно в четырнадцать тридцать Даргель обедает. С такой же точностью ровно через час возвращается.