Многокультурность – не мой выбор

Многокультурность – не мой выбор

Я подслушала возле песочницы разговор трех мам, предлагавших кто грудь, кто детское питание из баночки, а кто сухое рисовое безглютеновое печенье своим отпрыскам, ползающим рядом по земле, которые с гораздо большим удовольствием запихнули бы в рот по горсти песка, как мне показалось.

Анорексичная брюнетка с телом восьмилетней девчушки (даже удивительно, как это она смогла родить такого крупного ребенка) говорит: «Если тебе нужно место в школе Montessori, сначала следует определить ребенка в детский сад при ней. В противном случае у тебя нет шансов. Кроме того, придется ждать в течение года, пока освободится место. Я уже записала Ванду».

Ее приятельница, также брюнетка, но с огромной грудью, рассказывает свою историю: «А мы решили дать ему при крещении имя Йонас, так будет легче поступить в частную протестантскую школу».

Третья, в широких индийских штанах и с волосами, перехваченными лентой, спрашивает: «Вы что, не получили рекламный проспект с проектом новой свободной школы? Им нужны родители для подготовки пакета документов в мэрию».

Мне и в голову не придет пересказывать этот разговор Юдит Холофернес, харизматичной певице популярной рок-группы Wir sind Helden (дословный перевод – «Мы герои»). Она и так в курсе событий. Тем более что подобные разговоры внушают ей отвращение: «Черт возьми, они все строят из себя родителей с передовыми взглядами, придерживающихся левых убеждений! И в то же время готовы часами рассуждать по поводу процентного соотношения немцев и ненемцев (Nicht-deustcher Anteil) в районных школах. Все это наводит на мрачные мысли…»

Юдит Холофернес и ее группа, поддержавшая несколько лет назад антиглобалистскую манифестацию во время проведения саммита G7, постарела вместе с нами. А так как все мы, когда-то не пропускавшие ни одного ее концерта, обзавелись детьми, то и у нее, и у членов ее группы тоже появились дети. Выступая по телевизору, Юдит так свежо выглядит и у нее такой молодой голос, что она скорее напоминает юную девушку, но в настоящей, обычной жизни у нее круги под глазами, а округлости тела говорят о том, что времени заниматься спортом не находится.

Для своих детей она, разумеется, желает всего самого лучшего. Но, кроме того, ей хочется остаться в Кройцберге, мультикультурном и экологически чистом квартале, который облюбовали представители богемной буржуазии. Однако положение в школах здесь поистине катастрофическое. Причина следующая: дети иностранного происхождения (а их процент очень высок), которые в силу разных обстоятельств были лишены возможности посещать детские сады (в Германии нет государственной программы подготовки к школе), поступают в первый класс, едва умея говорить по-немецки. И в большинстве начальных классов Кройцберга срывы образовательного процесса запрограммированы заранее. Чтобы вырваться из этого порочного круга, немецкие родители вынуждены покидать этот рай на земле еще до того момента, пока их Джуниору не исполнилось шесть лет.