– Это хорошо, – сказала она, – так и должен рассуждать мужчина! Только вам нужно научиться фехтовать. Мне было бы неприятно, если б мой друг не умел сражаться. Но тех двоих вы, наверное, убили не шпагой.

– Нет, – ответил я, – у меня была пара пистолетов. И к счастью моему, эти люди были совсем рядом со мной, ибо стреляю я ничуть не лучше, чем фехтую.

Она тотчас выведала у меня все о сражении на бриге, о чем я умолчал, когда впервые рассказывал о себе.

– Да, – сказала она, – вы очень храбрый. А вашим другом я просто восхищаюсь и люблю его.

– Им нельзя не восхищаться, – сказал я. – У него, как у всех, есть свои недостатки, но он храбрец, верный друг и добрая душа, благослови его бог! Не верится мне, что придет такой день, когда я смогу забыть Алана! – Сейчас я уже мог думать только об Алане и о том, что от меня одного зависит, увидимся мы нынче же ночью или нет.

– Боже, где моя голова, ведь я забыла сообщить вам новость! – воскликнула Катриона и рассказала мне, что получила письмо от отца: он пишет, что его перевели в

Замок, где она может завтра его навестить, и что дела его улучшаются. – Вам это, наверное, неприятно слышать, –

сказала она. – Но можно ли осуждать моего отца, не зная его?

– Я и не думаю его осуждать, – ответил я. – И даю вам слово, я рад, что у вас стало легче на душе, а если я и приуныл, что, должно быть, видно по моему лицу, то согласитесь, что сегодня неподходящий день для примирений и что люди, стоящие у власти, – совсем не те, с кем можно поладить. Я все еще не могу опомниться после встречи с Саймоном Фрэзером.

– О, как можно их сравнивать! – воскликнула она. – И

кроме того, не забывайте, что Престонгрэндж и мой отец

Джемс Мор – одной крови.

– В первый раз об этом слышу, – сказал я.

– Странно, как мало вы вообще знаете, – заметила

Катриона. – Одни называют себя Грантами, другие Макгрегорами, но все принадлежат к одному клану. И все они сыны Эпина, в честь которого и названа наша страна.

– Какая страна? – спросил я.

– Моя и ваша, – ответила Катриона.

– Как видно, сегодня для меня день открытий, – сказал я, – ибо я всегда думал, что моя страна называется Шотландией.

– А на самом деле Шотландия – это страна, которую вы называете Ирландией, – возразила она. – Настоящее же, древнее название земли, по которой мы ходим и из которой сделаны наши кости, – Эпин. И когда наши предки сражались за нее с Александром и римлянами, она называлась

Эпин. И до сих пор так называется на вашем родном языке, который вы позабыли!