Тэрнер приказал прекратить огонь: некоторые зенитчики продолжали ошалело палить в темноту. Возможно, то были любители пострелять, а скорее всего, им что-то померещилось. Ведь что только не пригрезится утомленному разуму, что только не увидят запавшие, с воспаленными красными веками глаза, не знавшие отдыха столько суток и часов, что Тэрнер потерял им счет. И когда умолк последний «эрликон», старпом снова услышал гул тяжелых авиационных моторов, из-за порывов ветра то усиливавшийся, то стихавший, похожий на отдаленный шум прибоя гул. Что-либо предпринять было невозможно. «Фоккевульф», правда, прикрытый низкой облачностью, даже не пытался скрывать своего присутствия: зловещее гудение все время преследовало конвой. Было ясно, что вражеский самолет кружит над кораблями.

– Что вы на это скажете, сэр? – спросил Тэрнер.

– Не знаю, – медленно, задумчиво проговорил Вэллери.

– Не знаю, что и сказать. Во всяком случае, визитов со стороны «кондоров» не будет, я в этом уверен. Для этого несколько темновато. И потом, эти знают, что теперь им нас врасплох не поймать. Скорее всего, наблюдение.

– Наблюдение! Но через полчаса будет темно, как в преисподней! – возразил Тэрнер. – По-моему, на психику давят.

– Бог его знает, – устало вздохнул Вэллери. – Скажу только одно. Я продал бы бессмертную душу за пару «корсаров», за радарную установку, туман или же ночь, вроде той, что была в Датском проливе. – Вэллери коротко хохотнул и тут же закашлялся. – Слышали, что я сказал? –

спросил он шепотом.

– Никогда бы не подумал, что вспомню с такой тоской о той ночи… Когда мы вышли из Скапа-Флоу, старпом?

– Пять, нет, шесть суток назад, сэр, – прикинув в уме, ответил Тэрнер.

– Шесть суток! – недоверчиво покачал головой Вэллери. – Всего шесть суток назад. А осталось у нас… осталось всего тринадцать судов.

– Двенадцать, – спокойно поправил Тэрнер. – Семь транспортов, танкер и корабли охранения. Двенадцать…

Колупнули бы разок старого «Стерлинга», – прибавил он хмуро.

Вэллери поежился от внезапного снежного заряда.

Погруженный в думы, он наклонил голову, чтобы спрятаться от пронзительного ветра и колючего снега.

Резким движением повернулся.

– К Нордкапу подойдем на рассвете, – проговорил он рассеянно. – Пожалуй, нам туго придется, старпом. Немцы обрушат на нас все, что найдется под рукой.

– Проходили же мы раньше, – возразил Тэрнер.

– У нас пятьдесят шансов из ста, – разговаривая с собой, продолжал Вэллери, похоже, не слыша слов старпома, –

«Улисс» и сирены… «Быть может, нас поглотит всех пучина…» Желаю вам удачи, старпом.