потом, она докрасна раскалилась, крышка-то. Видно, пожарище будь здоров наверху.

– Подожди минуту, – произнес Вэллери и оглянулся. –

Тэрнер, прикажите Додсону послать кого-нибудь к главному клапану кормовой системы затопления. Пусть стоит наготове, если его закрыть понадобится.

Каперанг подошел к ближайшему телефонисту.

– Вы соединены с ютом? Хорошо! Дайте мне трубку…

Алло, говорит командир. Кто у телефона? Это вы, Хартли?

Выясните, насколько силен пожар в кормовых кубриках.

Поторопитесь. В орудийном погребе четвертой башни находятся несколько матросов. Им оттуда никак не выбраться. Система орошения включена, а крышку входного люка заклинило… Да, да, я подожду у телефона.

В нетерпеливом ожидании он похлопывал рукой по аппарату. Медленным взглядом обвел суда конвоя, увидел, что транспорты меняют курс, занимая прежнее место в ордере. Внезапно он весь обратился в слух.

– Да, командир слушает… Да… Что? Потребуется полчаса или час?. Боже правый! Неужели так долго? Вы уверены?. Нет, у меня все.

Положив трубку на место, он медленно поднял свое лишенное всякого выражения лицо.

– Пожар в матросском кубрике ликвидирован, – произнес монотонно Вэллери. – В кубрике морской пехоты –

над артиллерийским погребом четвертой башни – сущий ад. По словам Хартли, раньше чем через час пожар потушить не удастся. Капитан-лейтенант, не спуститесь ли вниз?

Прошла минута, целая минута. Слышны были лишь щелканье гидролокатора да мерные удары крутых волн, рассекаемых форштевнем крейсера.

– Думаю, температура в погребе достаточно снизилась,

– проговорил наконец Капковый мальчик. – Может быть, воду возможно отключить на достаточно длительный срок?. – неуверенно прибавил он.

– Достаточно понизилась? – переспросил Тэрнер, шумно прокашливаясь. – Как это выяснить? Только

Мак-Куэйтер мог бы нам это сказать… – Он внезапно умолк, осознав зловещий смысл сказанного.

– Вот мы его и спросим, – с усилием проговорил Вэллери и поднял трубку.

– Мак-Куэйтер!