Ругая себя за то, что не поставил дозорного – на Крите такая халатность стоила бы ему жизни, – Меллори откинул брезент и осторожно выбрался на палубу. Оружия он не взял, но прихватил полбутылки мозельского. Старательно изображая пьяного, Меллори проковылял по палубе и ухватился за канат, чтобы не свалиться за борт. На берегу, в десяти ярдах от него, стоял немецкий автоматчик. Меллори нагло уставился на него. Теперь поздно думать о дозорном.

Прежде чем приступить к разговору с автоматчиком, Меллори встряхнул бутылку и приложился к горлышку.

Худое загорелое лицо немца исказила гримаса гнева.

Меллори не обратил на это внимания. Небрежно обтер губы рукавом черной куртки и сверху вниз вызывающе посмотрел на солдата.

— Ну, какого черта тебе нужно? – нахально и неторопливо спросил он, как истинный островитянин.

Меллори увидел побелевшие суставы пальцев на стволе автомата. Мелькнула мысль: не переборщил ли он? За себя он не беспокоился, – в машинном отделении затихли, а рука Дасти Миллера никогда не оказывалась слишком далеко от бесшумного автоматического пистолета, – но ему не хотелось осложнений. По крайней мере сейчас, когда в сторожевой башне находилось не менее двух скорострельных «шпандау».

Солдат едва сдержал себя. Требовалась наблюдательность Меллори, чтобы заметить следы колебания и растерянности. Греки, даже полупьяные, никогда не разговаривали с оккупантами в таком тоне, если не чувствовали своего превосходства в силе. Меллори и рассчитывал воспользоваться этим.

— Что за судно? Куда направляетесь? – солдат говорил по-гречески медленно, с паузами, но вполне сносно.

Меллори опять приложился к бутылке, сладостно причмокивая губами, сделал глоток-другой и, оторвавшись от горлышка, любовно посмотрел на нее.

— Очень мне нравится в немцах умение делать прекрасное вино, – громко сказал он. – Спорю, что вам нельзя попробовать его! Угадал? А пойло, которое делают наверху21, начинено смолою так, что его можно употреблять только вместо горючего для фонарей. – Он умолк на минуту. – Конечно, если вы знаете честных людей на островах, они достанут вам немного озо22, но мало кто из наших может делать озо лучше мозеля или рейнвейна.

21 Так жители островов называют материк.

22 Вино, вид местного греческого самогона.

Солдат поморщился. Как большинство военных, он презирал предателей, даже если они были на их стороне.

Правда, в Греции предателей оказалось не так уж много.

— Я спрашиваю, что за судно и куда идет? – холодно повторил он.

— Каик «Агион». С грузом для Самоса, – гордо ответил

Меллори и добавил значительно: – По приказанию.