Тьма». Каик мотало как щепку. Старая посудина жалобно скрипела. Взлетала высоко вверх и проваливалась в преисподнюю. Невидимое и враждебное море только ощущалось в непосредственной близости, ежесекундно грозя гибелью.

Меллори старался что-то мучительно припомнить... И

вдруг: «Ветер! Ветер, ветер ослаб!» Ветер быстро успокаивался. Обхватив мачту руками, Меллори вспомнил, как дома, в горах, у края пропасти, приступ ветра не задевал его возле утесов. Вот и здесь: две капризные волны – накат.

Мысль ошеломила его: «Скалы! Они возле утесов Наварона!»

Меллори бросился к люку машинного отделения.

— Полный назад! – закричал он Брауну. Кейси обернулся. – Ради Бога, старина, полный назад! Мы возле скал!

Он поспешно вскочил на ноги и мигом одолел расстояние до рулевой рубки. Выхватил карманный фонарик.

— Скалы, Стивенс!. Мы почти на них. Андреа и Миллер все еще внизу!

Он осветил лучом Стивенса, увидел запекшуюся кровь, безучастные неподвижные глаза. Увидел белую, едва заметную, фосфоресцирующую линию впереди по курсу, постоянно исчезающую и появляющуюся вновь.

Каик подхватила волна, и скалистый берег исчез. Тьма опять поглотила все.

ГЛАВА 5

Ночь. Понедельник.

01.00–02.00

Полтора часа продолжается подъем.

Меллори протиснулся в расщелину на отвесной стене клифа, вбил крюк, прочно встал на него ногами и попытался дать отдых усталому, измученному телу.

«Две минуты, – подумал он. – Только две минуты, пока поднимается Андреа».

Сквозь вой протяжного ветра он слышал металлический скрежет. Это грек совершенно безрезультатно пытался преодолеть отвесную стену. Ноги Андреа, обутые в прочные ботинки с шипами, беспомощно скользили по гладкому камню, выискивая опору. Меллори чувствовал, как дергалась веревка, связывающая их. Ветер пытался смахнуть их с гладкой поверхности клифа.