— Это просто мистификация, и ничего больше! — пробормотал Жильдас Трегомен.

Шкатулку извлекли из ямы, и дядюшка Антифер с яростью ее открыл…

Там хранился документ — очень старый пергамент; Антифер громко прочел начертанные на нем строки:

— «Третий остров — на пятнадцати градусах одиннадцати минутах восточной долготы. Сонаследники Антифер и Замбуко в присутствии нотариуса Бен-Омара должны сообщить долготу эсквайру[409] Тиркомелю в Эдинбурге[410], в Шотландии[411], а ему известна широта третьего острова».

Значит, ни на одном из островков в бухте Маюмба сокровища не зарыты!… Значит, их надо искать в другой точке земного шара, совместив эту новую долготу с широтой, хранящейся у вышеназванного Тиркомеля из Эдинбурга!. Значит, уже не двое, а трое будут делить наследство Камильк-паши!

— Кто знает,— воскликнул Жюэль,— не пошлют ли нас с этого третьего островка еще на двадцать других… на сто других?… Ах, дядя, неужели вы такой упрямец… такой… простак, что собираетесь объехать весь свет?…

— Не говоря уж о том,— добавил Жильдас Трегомен,— что если у Камильк-паши подобных наследников целые сотни, то стоит ли его наследство таких мытарств?

Антифер исподлобья взглянул на друга и племянника, стиснул зубы с такой силой, что сломался чубук, и произнес:

— Молчать!… Это еще не конец!

И стал читать последние строки документа:

— «А теперь в награду за труды и в возмещение убытков каждый сонаследник возьмет себе по алмазу, находящемуся в этом ящике; стоимость этих двух камней ничтожна по сравнению с драгоценностями, которые найдутся впоследствии».

Замбуко вырвал шкатулку из рук дядюшки Антифера.

— Алмазы! — закричал он.

И действительно, там лежали два великолепных кабошона[412], и каждый из них стоил — а банкир понимал в этом толк — не меньше ста тысяч франков.

— Хоть что-нибудь! — сказал банкир, забирая один алмаз и оставляя другой сонаследнику.

— Капля в море! — заявил дядюшка Антифер, засовывая камень в жилетный карман, а документ — в карман своей куртки.

— Э!… Э!…— заметил Трегомен.— Это серьезнее, чем я думал!… Посмотрим, посмотрим!…

Жюэль только пожал плечами. А Саук? Тот кусал себе кулаки при мысли, что больше ему такой благоприятный случай не представится!

Что же касается Бен-Омара, не получившего даже крохотного бриллиантика, хотя письмо опять возлагало на него посредничество, то он застыл с вытянутым лицом, с опущенными руками, негнущимися коленями, напоминая наполовину пустой мешок, готовый вот-вот повалиться набок.

Однако Саук и нотариус находились теперь в лучших условиях, чем раньше: во-первых, покидая Сен-Мало, они не знали, что едут в Маскат; во-вторых, покидая Маскат, они не знали, что направляются в Лоанго. Но на этот раз дядюшка Антифер в порыве сильного волнения нечаянно выдал тайну, которую должен был свято хранить. Все слышали новые координаты: пятнадцать градусов одиннадцать минут восточной долготы… И слышали также имя эсквайра Тиркомеля, живущего в Эдинбурге, в Шотландии…