— Отправиться туда, пресноводник?… Подождем, пока у нас вырастут плавники!

Что хотел он этим сказать? Жильдас Трегомен долго ломал голову, но так и не мог найти подходящее объяснение. Однако он не успокоился. В конце концов, эти тридцать три миллиона нужны не ему, а детям… И если влюбленные не думают о своем будущем, кто же тогда позаботится о них, как не он!

Словом, он так ко всем приставал, что однажды дядюшка Антифер сказал ему:

— Значит, теперь ты настаиваешь на поездке?

— Да, старина.

— По-твоему, нужно ехать?

— Нужно… и чем скорей, тем лучше!

— Хорошо. Мы поедем!

Но каким тоном произнес он эти последние слова!

Перед отъездом следовало принять решение относительно банкира Замбуко и нотариуса Бен-Омара. Как сонаследника и душеприказчика, их следовало, во-первых, известить об открытии четвертого островка и, во-вторых, пригласить в известный день на известный островок,— одного— за получением своей доли наследства, другого — за получением своего процента.

Дядюшка Антифер, пожалуй, даже больше, чем Трегомен, настаивал на том, чтобы соблюсти все условия… В Тунис и в Александрию в адрес обоих заинтересованных лиц отправили две телеграммы. Свидание назначили на двадцать третье октября в Сицилии, в городе Агридженто, откуда предстояло отправиться за сокровищами на главный островок.

Что касается преподобного Тиркомеля, то его часть будет ему своевременно отослана, и он может при желании утопить свои миллионы в заливе Фёрт-оф-Форт, если они будут жечь ему руки!

О Сауке, конечно, не шло и речи — ему ничего не причиталось. И, кроме того, он по заслугам приговорен к нескольким годам заключения в одиночной камере эдинбургской тюрьмы.

Никого не удивило, что на этот раз Жильдас Трегомен непременно хотел участвовать в экспедиции. И было бы еще удивительнее, если бы Жюэль не взял с собой Эногат. Через два месяца после свадьбы едва ли он расстался бы со своей женой и вряд ли она захотела бы остаться дома…

Как долго продлится новое путешествие? Ну, разумеется, оно займет не так уж много времени. Они только доедут до места и сразу вернутся домой. Ведь пятого документа искать не придется. Несомненно, Камильк-паша не прибавил ни одного нового звена к этой и без того уже длинной цепи островов! В последней записи сказано определенно, что сокровища погребены под одной из скал четвертого островка, а положение островка — между побережьем Сицилии и островом Пантеллерия — определено с математической точностью.

— По-видимому, это очень незначительный островок, потому что не обозначен на карте,— заметил Жюэль.