Но торжество Гиринга продолжалось недолго. Передатчики вновь стали появляться то в одном, то в другом месте. Они работали на разных частотах, имели различные позывные, которые менялись чуть не каждый день, так же как и длина волн, на которых шли передачи.

Антифашистское подполье Берлина продолжало работать. А через несколько месяцев вдруг снова заговорила подпольная станция. Пришлось все начинать сначала.

Снова вернулись к полуобгорелым листкам шифрограмм с группами цифр. Дешифровщики из функ-абвера заподозрили, что «пианисты» пользовались в качестве ключа какими-то книгами. Но где найти эти книги? Гиринг долго ломал голову и снова начал расспрашивать Риту Арнульд. Она подтвердила родившуюся догадку. Познаньска постоянно читала какие-то книги. Они обычно лежали на ее рабочем столе. Когда Познаньска садилась за книги, она запиралась в своей комнате, делала какие-то записи. Но что за книги она читала — Рита не знала. Одну из них хотела однажды взять почитать, но Познаньска не разрешила. Называлась книга «Чудо профессора…». Фамилию этого профессора Арнульд не могла припомнить. Вот если бы она увидела эту книгу, она бы сразу ее узнала.

Гиринг послал своих людей, приказал собрать все книги, оставшиеся в доме. Его ждало еще одно разочарование: никаких книг не оказалось.

Засаду в доме держали несколько дней. В квартиру больше никто не приходил, и оставлять дольше западню не имело смысла. Домовладелец рассказал, что недели через две, после того как опустела квартира, к нему пришли двое неизвестных в рабочей одежде и сказали, что им приказано забрать из квартиры все книги. Хозяин сам проводил их в дом. Рабочие погрузили книги на тачку и увезли. Кто они, хозяин не спросил. Если бы они брали какие-то ценные вещи, другое дело. А то — старые книги… Кому они нужны!..

След, на который вышли гестаповцы, снова был потерян.

Война на Востоке достигла наивысшего накала. Германские войска, невзирая на серьезное поражение минувшей зимой в Подмосковье, вновь начали теснить советские армии, рвались в направлении Сталинграда, Северного Кавказа, Воронежа. Значительная часть Европейской России была оккупирована. Еще не было успеха Сталинградской битвы, еще не наступил великий перелом, который зрел под стенами Сталинграда и в глубоких тылах трудовой России. Еще только зрела далекая победа советского народа на фронте, в партизанских отрядах Белоруссии, в Брянских лесах и степях Украины. Но уже одно то, что Советская Россия, истекая кровью, отражала натиск фашистских полчищ, одно это вселяло надежду в сердца людей оккупированных стран Европы. Именно Россия теперь стала центром сосредоточения антифашистских сил мира, она активизировала борьбу человечества против средневекового варварства, против фашизма. Рождалась антифашистская коалиция государств и народов, которая объединяла усилия в защиту справедливости, человеческого достоинства и гуманизма, попранных главарями фашистского рейха.