И это был не Питт.

Бледный свет луны озарил человека в военной форме и с винтовкой. Она лежала, словно парализованная, полностью осознавая свою беспомощность. Прижавшись к песку, женщина скользнула назад на дюйм вдаль от берега.

Когда темноту вдруг пронзил луч фонарика и начал скользить по воде, Джесси сжалась в безнадежной попытке сделаться меньше. Кубинский часовой водил фонариком из стороны в сторону, пристально рассматривая землю и подходя все ближе к ней. Дама робко осознала, что он идет по следам, оставшимся на песке. Она почувствовала бессильную злость на Питта за то, что бросил ее одну и оставил после себя следы, ведущие прямо к ней.

Кубинец уже был в десяти ярдах и увидел бы ее спину, если бы развернулся к ней. Но он не сводил луч фонаря со следов Питта, оставленных им после рывка по пляжу. Часовой отошел вправо и присел, направив фонарик на прибрежные кусты. Затем неожиданно повернулся налево, и фонарь осветил Джесси с головы до ног. Резкий свет ослепил ее.

На секунду кубинец остолбенел, затем свободной рукой схватил ствол автомата, перевешенного через плечо, и навел его прямо на Джесси. Она была слишком перепугана, чтобы что-то сказать, поэтому просто закрыла глаза, будто это должно было укрыть ее от ужаса и пуль.

Затем раздался глухой стук, сопровождаемый судорожным стоном. Выстрела не последовало. Наступила тишина, и она почувствовала, что фонарь больше не светит на нее. Джесси открыла глаза и смутно увидела пару ног, стоящих в воде по щиколотку. Подняв голову, женщина увидела за ними неподвижное тело кубинского часового, растянувшееся на песке.

Питт наклонился и нежно поднял спутницу на ноги. Он пригладил ее мокрые волосы и сказал:

– Кажется, стоит мне отвернуться, как ты тут же попадаешь в неприятности.

– Я уже подумала, что мне конец, – сказала она, как только сердце перестало бешено колотиться в груди.

– Это, наверное, далеко не первый раз, когда ты так думала, с тех пор как мы покинули Ки-Уэст.

– Нужно время, чтобы привыкнуть к страху смерти.

Питт поднял фонарик кубинца, прикрыл ладонью и принялся стаскивать с парня военную форму.

– Нам повезло, что негодяй оказался невысоким, примерно твоего роста. Его сапоги будут тебе великоваты, но уж лучше велики, чем малы.

– Он мертв?

– Нет, у него на черепе останется разве что небольшая трещина от камня. Через несколько часов придет в себя.

Когда Питт бросил ей форму кубинца, она сморщила нос:

– По-моему, он давно не купался.

– Простирни в море и надевай, – бодро сказал он. – И побыстрее. Сейчас не время строить из себя богачку-модницу. Часовой на следующем посту может насторожиться, почему этот не возвращается. Тогда подмога вместе с сержантом охраны не заставит себя ждать.