Тинкоммий начал считать, загибая пальцы:

– Сова, волк, лиса, вепрь, щука, горностай…

– Горностай? – рассмеялся Макрон. – Ну что, на хрен, такого священного в горностае?

– Горностай – ловок и скор, он царь ручьев и озер, – произнес речитативом Тинкоммий.

– О, замечательно. Я уже представляю себе: первая когорта боевых Горностаев. То бишь Хорьков. Враг обделается со смеху.

Тинкоммий покраснел.

– Ну ладно, дался вам этот зверек, – поспешил погасить спор Катон, пока Макрон со своей грубоватостью не успел еще пуще рассердить атребата. – По мне, так куда лучше волки и вепри. Они свирепы, опасны. Как тебе это, Тинкоммий?

– Волки и Вепри… по-моему, хорошо.

– А как на твой взгляд, Макрон?

– Просто здорово.

– Вот и прекрасно. Я сегодня же прикажу изготовить штандарты. Ты ведь не против?

– Нет, я не против, – кивнул Макрон.

В коридоре послышались чьи-то шаги, раздался стук в дверь.

– Кто еще там? Заходи!

Появившийся в круге света от масляных светильников писец протянул запечатанный свиток.

– Что это?

– Послание от командующего, командир. Только что прибыл курьер.

– Давай!

Старший центурион потянулся за свитком, сломал печать и вгляделся в текст, а его сотрапезники выжидающе смолкли. Читать Макрон умел, и достаточно хорошо, но все-таки не без усилий. К тому же депеша Плавта была составлена слишком витиевато, как все, что исходит из штабной канцелярии. Макрон покачал головой. Этим долбаным писарям наверху, видно, времени девать просто некуда, и они, изнывая от скуки, с великой охотой тратят его на то, чтобы морочить головы строевым командирам.

– Что ж, – наконец произнес он. – Ежели не брать в голову все, что тут понаписано насчет численности бойцов и размаха будущих операций, похоже, командующий разрешает нам вооружить… э-э… наших Волков и Вепрей.