Утолив голод, она заговорила:

— Я пришла просить взять от нас двух англичан. Они живут у нас всю зиму и сами не могут уйти — их не пускают.

— А как их зовут? — быстро спросил Стюарт.

— Не помню… у нас нет таких имен.

— Они молоды?

— Совсем молодые. Подожди… имя одного я помню: его зовут Гарри, а другой ему брат.

— Это они! Слава тебе, Господи! — вскричал Стюарт. — А как они к вам попали? — продолжал он.

— Они сами пришли к нам перед зимой, и мы их взяли. Теперь они хотят уйти, а дядя их не пускает.

— Почему он их не пускает?

— Один из них обидел чем-то дядю, когда тот был в городе. Вот он за это и мстит им: заставляет много работать, плохо кормит и часто бьет.

Стюарт содрогнулся. Его воспитанников бьют какие-то лопари! Так-то он заменяет им отца? Хорошо он держит слово, данное полковнику: оберегать его сыновей и следить за ними! Положим, он не виноват в их своевольном уходе и во всех последствиях этого ухода, но все-таки его можно считать до некоторой степени виновным в том, что он давал слишком много воли неопытным мальчикам, зная их своевольный характер.

Все эти мысли пробежали у него в голове, когда он выслушал рассказ лопарки. Кровь закипела в его жилах, и он не мог удержаться, чтобы не вскричать:

— А! Негодяи! Они отплатят мне за это, только бы удалось освободить мальчиков!

— Да, проучить этих дикарей немного следует! — заметил в свою очередь и Пинк, тоже возмущенный сообщением лопарки.

Последняя хотя и не поняла слов Стюарта и Пинка, сказанных ими по-английски, но по тону их голосов догадалась, что они сильно разозлились на ее соотечественников, поэтому, сложив на груди руки, она сказала умоляющим голосом:

— Только не убивай, ради Бога, дядю!.. Христос не велел никого убивать.

— Вот ты как говоришь! — с удивлением воскликнул Стюарт. — Разве ты христианка?

— О, да! Меня крестили добрые миссионеры.

— Ну, хорошо, я обещаю тебе не делать никакого зла твоему дяде, если он добровольно отдаст мне пленников.

— Отдаст, отдаст!.. Он испугается и отпустит их. Не убивай уж и других…