Процедуры, предписанные Белой книгой «Вместо раздора», вскоре предстояло проверить в деле. В феврале 1969 года началась забастовка в Ford Motor Company. В каком-то смысле это был хрестоматийный пример столкновения непримиримых интересов. Управляющие компанией разработали план, по которому в обмен на отказ от любых неофициальных акций рабочие получали щедрую прибавку к зарплате и улучшенные условия отпуска. Поначалу одобрив план, лидеры профсоюза быстро сменили курс, когда ничуть не умасленные рядовые члены вышли из организации. Бессилие третейских судей стало еще очевиднее, когда все пропустили мимо ушей судебное предписание в пользу административной инициативы.

Заднескамеечники в палате общин решительно не поддерживали все положения Белой книги, пресса разделилась, профсоюзы презрительно усмехались, а многие еще недавно покладистые члены парламента расставались с иллюзиями. Худшее ждало впереди. 26 марта НИК (Национальный исполнительный комитет Лейбористской партии) собрался, чтобы обсудить предложения Касл. Пятнадцать ее коллег уже заявили о своем несогласии, когда к ним с поднятой рукой присоединился Каллагэн. Проект «Вместо раздора» протянул еще несколько недель, но Каллагэн нанес ему решительный удар в самое сердце, и он вскоре развалился. Вместо него профсоюзы взяли на себя «торжественное и связующее» обязательство держать своих членов в рамках, установленных правительством. Это путаное и в высшей степени бессодержательное выражение еще наделает шуму в течение следующего десятилетия.

* * *

Все растущее беспокойство 1969 года лишь слегка скрасилось новостями о блестящей совместной работе английских и французских инженеров – сверхзвуковом самолете «Конкорд». Если вообще существовало место, где царила явно духоподъемная атмосфера, то это был аэропорт Тулузы, где министр технологий Тони Бенн устроил целый спектакль, в буквальном смысле преклонив колени перед гигантским холеным стальным грифом. Технология, объяснял он, – его религия.

Когда в 1970 году объявили о последних выборах в этом десятилетии, лейбористы ощущали себя очень бодро. Платежный баланс выглядел хорошо, а на неудачах нескольких предыдущих лет правительство предпочитало не заострять внимание. В конце концов, они сделали много хорошего. Лейбористы могли предъявить в качестве достижений меры поддержки обездоленных, молодых и даже стариков, хотя считалось, что Англия 1960-х никак не подходит для жизни в старости. Они могли похвастать международным положением и утверждать, что молодежь никогда еще не получала такого полного и насыщенного образования, а бедняки – такой существенной помощи. Да и зачем вообще застревать в прошлом, если будущее однозначно принадлежит им, лейбористам.