Хит давно уже пришел к убеждению, что политика – дело специалистов, так что начал приглашать бизнесменов в правительственный «бизнес». Как и во многих других своих начинаниях, премьер-министр исходил из благих намерений, но ему приходилось считаться с Уайтхоллом. Его «Программа анализа и пересмотра» была попыткой привнести в политику некоторую степень специальных знаний и сократить бюрократию. Из Уайтхолла пришел вежливый и непоколебимый ответ. Питер Хеннесси, правительственный наблюдатель, подметил, что «их первым шагом было вырвать политику из рук бизнесменов Хита… и заключить ее в своей цитадели на Грейт-Джордж-стрит, откуда она уже никогда не вышла бы живой». Эта история повторится не раз: попытки Хита сократить бюрократию чаще всего увеличивали ее. В данном случае число государственных служащих выросло на 400 000 человек.

Именно Хит придумал выражение «мозговой центр» для описания специального органа, созданного для консультирования правительства по каким-то вопросам. Отпрыск клана Ротшильдов возглавлял первый из таких комитетов, но его предупреждения о грядущем нефтяном кризисе все оставили без внимания. Возможно, самым важным вкладом лорда Ротшильда было четкое определение противника – «этот нео-Гитлер, этот архинеприятель, инфляция». Инфляция, долго считавшаяся просто неприятной помехой, теперь стала врагом номер один.

Следующая забастовка шахтеров в феврале 1974 года привела ко второму чрезвычайному положению. Готовность Хита прибегать к таким мерам в условиях, мало соответствовавших критериям «чрезвычайности», много говорила о его отношении к оппозиции. За железобетонной уверенностью в себе порой слышалось топанье детской ножки по деревянному полу. Видимо, в это же время придумали и выражение U-turn – радикальная смена курса. Завод Rolls-Royce, погрязший в проблемах с поставками двигателей американской авиастроительной компании Lockheed, пришлось спасать вопреки собственным предвыборным обещаниям. Что еще оставалось? Неверно было бы утверждать, как делали многие, что Хит презирал или недооценивал вклад Америки в общемировое процветание и общий мир. Вне всяких сомнений, он рассматривал «особые отношения» с США как препятствие для своего европейского идеала. При этом он ухитрялся игнорировать тот факт, что Штаты неизменно поддерживали Британию в ее попытках вступить в европейский блок. Генри Киссинджер высказался об этом так: «Его отношения с нами всегда были корректными, но редко поднимались над уровнем обычной сдержанности, и это препятствовало – именем Европы – близкому сотрудничеству с нами, а ведь мы были к его услугам». Как всегда – не то чтобы Хит не прислушивался к грамотным советам или общественному мнению, ему просто недоставало чутья на перемены ветра.