За ней шла дивная Лиана, слегка понурив голову, и полная Долорес с большими железными ножницами с лезвиями размером с предплечье человеческой руки.

— Как жаль, что вы решили поступиться нашими договоренностями, — печально выдохнула Агнесса, присаживаясь рядом с заплаканными девочками. — Ужасно жаль. Мы бы могли править Салфуром вместе. Рука об руку.

— Ты знаешь, что это ложь! Если бы мы истребили духов и вернулись к вам, вы и тогда сварили бы нас заживо в этом чертовом котле! — воскликнула Ниса, сжимая зубы и злобно скалясь на главную советницу.

— Кто может знать наверняка, моя юная красавица? — Агнесса погладила девочку по голове и едко улыбнулась: — А знаешь, еще не поздно все исправить. Если бы юноши вернулись до наступления кромешной темноты с кулоном, наполненным душами детей, то кто знает, возможно, я смогла бы простить всех вас и отпустить обратно в ваш этот… — аловолосая фея на секунду задумалась и стала прищелкивать пальцами, пытаясь вспомнить название деревни путников.

— Ардстро, — тихонько сказала Арин, думая, что это поможет наладить контакт со злодейкой и тем самым спасти себе жизнь.

— Именно! А ты, оказывается, умеешь говорить? — захохотала во весь голос фея.

Пройдясь по комнате, она резким движением вырвала из рук Долорес ножницы и подошла вплотную к Нисе.

— Знаешь, я всегда была уверена, что красота и сила любого человека заключена в его волосах, потому что вы абсолютно беспомощны. У вас нет магических навыков, физических сил или власти над кем-то вроде меня, — пространно рассуждала девушка. — Думаю, нам обязательно следует это проверить, — заключила она и, погладив Нису по длинным белоснежным прядям, с легкой завистью в голосе добавила: — Какие жемчужные! Знаешь, очень жаль, что ты родилась человеком. Ведь если бы стала феей, то своей красотой оборвала бы тысячи человеческих жизней во благо Тойстрига, — Агнесса грубо собрала в руку ее светлые волосы и стала резкими дергающими движениями состригать их.

Длинные пряди падали на пол, на грудь Нисе и на ее заплаканное лицо. Девочка умоляла остановиться, прекратить эти издевательства, но Агнесса была непоколебима в своем желании растоптать, уничтожить ту силу духа, что сохраняла Ниса.

— Кажется, готово, — широко улыбнувшись, сказала фея и вернула ножницы Долорес. — Убеждена, что твоя красота крылась в длинных волосах. Взгляни на себя, без них ты буквально уродлива, — Агнесса поднесла к лицу Нисы огромных размеров жестяное блюдо и стала хохотать во весь голос.

В отражении Ниса увидела измученное страданиями лицо, похудевшую тонкую шею, впалые скулы и жемчужного цвета волосы, что были неаккуратно сострижены по плечи. Ей стало нехорошо, в животе будто что-то затрепыхалось, голова загудела так, будто девочку оглушили огромной дубиной, и ее тотчас вырвало жидкостью на пол.