— Она превращается, Бран! — закричал Дое. — Она становится безумной!

— Остановите его! — подала голос Ива, поднимаясь с земли и стараясь за считанные секунды придумать что-нибудь. — Если она превратится, то Бран… Ее энергия убьет его!

А Бран и не думал сбавлять хода. Пока Руми покрывалась толстыми бугристыми волдырями, которые то и дело взрывались, источая призрачный сок, он продолжал двигаться ей навстречу. Ветер обдувал его черные волосы, а светло-серые глаза слезились от его сильных порывов.

«Я смогу. Я успею», — проносилось у юноши в голове, пока он пытался разглядеть в ужасном монстре подобие той Руми, которую встретил в Тойстриге. Руми, которая была настолько доверчивой, что потеряла любимую семью, родного брата и собственную жизнь.

— Убирайся! — продолжала кряхтеть девочка, почти полностью обратившаяся в пузырчатого монстра. — Убью! Убью!

Бран оттолкнулся от земли и буквально вылетел навстречу Руми. Ее тело стало настолько безобразным, что невозможно было понять, где заканчивается линия ее подбородка и начинается шея.

«Я успею», — подумал Бран и, упав рядом с Руми, крепко обнял ее двумя руками. По лесу пронесся такой звучный и громкий вой, казалось, способный снести деревья, вырвав их с корнем, обрушить хижины Снодина на землю, убить всех птиц, что сидели на еловых ветвях, и всех животных, что прятались в пушистых кустарниках. Бран почувствовал, как по его щеке сползает что-то жидкое и горячее, тонкой струйкой заползает за ворот рубахи и течет дальше вниз по телу.

— У-би-райся, — глухо хрипело чудовище, медленно обращаясь в обычный облик малышки Руми. — Не-на… не-на-вижу, — глядя пустым взглядом сквозь лес, одними губами шептала девочка.

— Все хорошо. Ты помнишь меня, Руми? — выпустив из объятий и посмотрев малышке прямо в большие промокшие глаза, спросил Бран.

— Мистер из клетки, это вы? — сказала Руми и, когда последний волдырь на ее теле исчез, обратившись призрачным силуэтом, громко заплакала.

Это был не вой, не пронзительный душераздирающий крик. Нет, это было нечто большее. Плач маленькой наивной девочки, что по своей глупости забрела в хищный запретный лес и встретила в нем собственную смерть, став пищей для более могущественных и коварных созданий.

Бран нежно поглаживал Руми по светлой голове. Его мысли были сосредоточены лишь на том, как скоротечен срок, отведенный людям богами и самой матерью-землей. Юноша глубоко размышлял о том, не постигнет ли его друзей и его самого та кара, что постигла малышку, заблудившуюся в лесу и доверившуюся не тем существам? Не станут ли они жертвами чьего-то жестокого умысла? Солнце вошло в зенит, когда его ни в чем не повинных подруг, что вновь стали заложницами несправедливости судьбы, готовили к кровавому жертвоприношению.