УБЕЖИЩЕ ДЛЯ ОТЦА И СЫНА

Покинув особнячок на улице Барре, Пардальяны двинулись вдоль берега Сены, размышляя, где бы им лучше отсидеться. Разговаривая о своих делах, они миновали какой-то кабачок, и Жан, проглотив слюну, вздохнул:

— Я просто умираю от голода!

— А я от жажды, — откликнулся ветеран. — Зайдем! Ты наскребешь на два омлета и бутылку вина?

Шевалье пошарил в карманах и печально покачал головой.

— Я все деньги отдал Като! О нас с тобой и не подумал!..

— Не жалейте об этом, батюшка. Ведь если бы не Като…

— Да знаю, знаю… Она спасла нас. Но стоило ли так цепляться за жизнь, если нас все равно ожидает голодная смерть?.. Нам необходимо найти кров и пищу! Шевалье, оставим этот город! Отправимся в дорогу, куда глаза глядят, во всем полагаясь на судьбу! Будем вольны, как птицы! Перед нами вся Франция и весь мир!

Но Пардальяну-старшему не удалось закончить свою пламенную речь: какой-то кудлатый комок вдруг кинулся им под ноги. Пипо, преданный Пипо разыскал своего господина и радостно запрыгал вокруг Жана. Погладив собаку, шевалье скорбно потупился:

— Боже мой, как есть хочется!

И то же самое твердил себе и пес шевалье де Пардальяна. Но Пипо мыслил четко и ясно, не усложняя свои рассуждения всякими там человеческими выкрутасами. Его логика была прозрачна и глубока.

— Раз я голоден, — думал Пипо, — мне необходимо подкрепиться!

Придя к такому выводу, который мы назвали бы неоспоримым, пес побрел за хозяином, поглядывая направо и налево в поисках чего-нибудь съестного. Он обнюхивал попадавшиеся по дороге отбросы, но ничего путного обнаружить не удавалось, и Пипо циничнейшим образом выражал свое презрение, задирая лапу у каждой мусорной кучи…

Пес уже решил, что обречен на голодную смерть, но вдруг остановился, повел носом и радостно завилял хвостом.

Оба Пардальяна тем временем свернули направо, на набережную Сены. А Пипо замер, узрев самую восхитительную на свете лавку. На открытом прилавке были разложены великолепные колбасы, а с краю разместились небольшие, но превкусные на вид окорока. Последний окорочок в ряду так и притягивал взгляд собаки.

Вот он! Тот самый обед, который был столь необходим достойному Пипо!..

Читатель знает, что пес шевалье де Пардальяна отличался редкостной сообразительностью и не любил тратить время попусту. С чинным видом он двинулся к прилавку, изо всех сил демонстрируя полнейшее равнодушие ко всем материальным благам мира, включая ветчину.

— Какая симпатичная собака! — заметил стоявший за прилавком колбасник.

Но тут же завопил во все горло:

— Держи вора! Стой! Стой!