Вскоре они уже стояли у двери, и он протянул руку к молотку. Она поняла, что с этим человеком ей не справиться, и покорилась. Достав, наконец, ключ, она бросила его на землю и хотела уже обратиться в бегство, ибо не помнила себя от ужаса.

— Минутку, красавица моя, — промолвил Пардальян с лукавым видом, — подними-ка ключ и отвори сама… бесшумно, как ты хорошо умеешь делать.

Мегера стыдливо понурила голову. Ее уловка была разгадана без труда. Она надеялась отделаться от этого нахала, кинув ему первый попавшийся ключ, но теперь ей пришлось признать, что противник оказался сильнее ее во всех отношениях.

И она покорилась окончательно и, вытащив другой ключ, открыла дверь бесшумно, как ей и было приказано. Лишь тогда Пардальян отпустил ее, и она ринулась прочь с такой скоростью, словно за ней гнались все демоны ада, жалобно охая и бормоча:

— Дьявол! Это наверняка сам дьявол!

Глава 29 ПАРДАЛЬЯН СТАНОВИТСЯ СВИДЕТЕЛЕМ БЕСЕДЫ СУПРУГОВ КОНЧИНИ

Глава 29

ПАРДАЛЬЯН СТАНОВИТСЯ СВИДЕТЕЛЕМ БЕСЕДЫ СУПРУГОВ КОНЧИНИ

Пардальян вошел и положил ключ в карман. Он оказался в широком коридоре, который вел к вестибюлю. Слева от него была приоткрытая дверь, справа другая, запертая. В глубине коридора висели портьеры, одна из которых была опущена, а вторая — поднята.

Он прислушался: до него донесся голос Жеана, хотя и приглушенный расстоянием, но достаточно отчетливый, чтобы узнать его. Пардальян прошептал:

— Он жив! Это великолепно. Я могу не бояться, что прислуга застанет меня врасплох, ведь «милое дитя» сказало Галигаи, что «монсеньор» запер всех в чулане. Произведем же разведку, чтобы, слегка освоиться тут.

Толкнув приоткрытую дверь, он вошел и тотчас увидел плащ и шпагу Кончини. Шевалье улыбнулся, посмотрел на портьеру, поднял ее. Дверь… В замочной скважине торчит ключ. Пардальян повернул его и оказался в другой комнате. Вновь на лице его промелькнула улыбка удовлетворения, и, оставшись довольным, он опустил портьеру, оставив за ней открытую дверь.

— Пути к отступлению обеспечены, — прошептал он, насмешливо улыбаясь. — Теперь послушаем, о чем говорит Кончини со своим пленником.

Пардальян вернулся в коридор и устроился за портьерой, отогнув утолок. Отсюда, невидимый никем, он мог все видеть и слышать.

Кончини сидел на корточках, склонившись над отверстием в полу, спиной к портьере. Считая, что принял все меры предосторожности, дабы его не застали врасплох, он не проявлял никакого беспокойства. Беседа с Жеаном поглотила его настолько, что он не заметил, как Леонора склонилась к нему, почти касаясь его. Как и Кончини, она тоже повернулась спиной к портьере и, подобно ему, тоже была совершенно спокойна и далека от малейшего подозрения, что какой-то наглец подглядывает за ними.