Жеан говорил по-прежнему шутливо, но Пардальян понял: слова его достигли цели.

«Ну вот, — подумал он, — предупредить — это уже полдела. Теперь я уверен: он будет держать ухо востро».

— А вы, сударь, — переменил разговор Жеан, — не расскажете, как узнали обо всем?

— Расскажу, конечно: вам это будет полезно.

И Пардальян в свою очередь рассказал, как докопался до истины, преследуя монаха Парфе Гулара. На Жеана его рассказ произвел большое впечатление.

— Как! — воскликнул он. — Гуляка, пьяница Парфе Гулар — тайный агент иезуитов? У меня было чувство, что он охаживает бедного Равальяка с какими-то дурными целями, но такого я и помыслить не мог.

— Парфе Гулар, — кивнул Пардальян, — несомненно, очень важная персона в этом страшном обществе. Что вам должно доказать: я не преувеличивал, когда говорил об опасностях, которые вам грозят.

— Да, сударь, вижу, вы правы… Спасибо, что предупредили, — сказал юноша и встал, собираясь уйти.

— Что вы теперь намерены делать? — как бы невзначай спросил Пардальян.

— Зайду к Гренгаю убедиться, что с Бертиль все в порядке, а потом попытаюсь найти Равальяка.

— Сказать, чтобы не возвращался в Ангулем?

— Напротив — уговорить ехать туда как можно скорее. Утром его хотели отослать домой, а сейчас изо всех сил будут стараться удержать в Париже. Вы не согласны, сударь?

Пардальян кивнул, улыбнулся и спросил:

— Ночевать будете на Арбр-Сек?

— Конечно.

Пардальян немного задумался и сказал:

— Сегодня еще куда ни шло: они там наверняка ничего не успели подстроить. Но хотите совет? Впрочем, вы им все равно не воспользуетесь…

— Нет-нет, сударь, говорите, — засмеялся Жеан.

— Так вот: с завтрашнего дня там больше не появляйтесь. Идите на Монмартр, живите в вашей пещере. Будете там спать хотя и на соломе, да зато в безопасности.

— Не знаю, может быть… — задумался Жеан. — Сегодня, во всяком случае, я вернусь домой.