Итак, он не стал говорить об этом, однако, понимая, что не может отпустить ее просто так, горестно прошептал:

— Вы поступаете опрометчиво; эта ошибка может дорого вам обойтись.

Возможно, она прочла в его взоре все то, что он не сумел ей сказать. Возможно, она сама осознавала, какие чувства питают к ней ее родители. Но как бы то ни было она нежно взяла своей маленькой ручкой руку юноши и, бледная и дрожащая, устремив на него ясный взор своих больших глаз, печально произнесла:

— Я хочу знать, что моя мать собирается сделать со мной. Я подчинюсь ее приказу… даже если бы меня за этой дверью уже ждал палач.

Голос ее звучал грустно, но говорила она уверенно; ясно было, что она не отступит от своего решения. Твердым шагом девушка двинулась вслед за королевой и ее фаворитом.

Одэ де Вальвер понимал, какие чувства движут его возлюбленной; более того: он сознавал, что на ее месте поступил бы точно так же. Поэтому он лишь почтительно поклонился юной красавице.

Каким бы коротким ни был диалог Одэ де Вальвера и Мюгетты, он встревожил Леонору Галигаи, ибо она не расслышала из него ни единого слова. Поэтому фрейлина решила вмешаться и прервать затянувшуюся, на ее взгляд, беседу. Однако тут девушка как раз направилась к выходу. Тогда Леонора подошла к ней, взяла за руку и вкрадчиво произнесла:

— Поспешите, дитя мое. Не стоит заставлять королеву дожидаться.

Но хотя Одэ де Вальвер и не нашел в себе мужества противостоять неосмотрительному решению своей невесты, он отнюдь не намеревался отпускать ее одну и собирался следовать за ней. Убедившись, что шпага его легко выходит из ножен, он обернулся к Ландри Кокнару и холодно произнес:

— Если ты дорожишь своей шкурой, советую тебе не ходить за мной.

— Сколь ни ничтожна цена моей шкуры, но я действительно дорожу ею, — столь же холодно ответил Ландри Кокнар.

Выпрямившись и глядя прямо в глаза Вальверу, он прибавил:

— Однако речь идет о «моей крошке», сударь. А моя крошка, моя маленькая Флоранс — ибо девушку зовут Флоранс, и я являюсь ее крестным отцом, — это единственная моя привязанность в жизни. Много лет назад я совершил доброе дело, и с тех пор дорожу этой девушкой гораздо больше, чем собственной шкурой. Одним словом, если бы вы вдруг решили остаться здесь, я бы все равно отправился следом за ней; я пошел бы совсем один, даже если бы знал, что через минуту мне придется погибнуть.

— Тогда вперед! — улыбнулся Вальвер.

Разговор их продолжался всего несколько секунд, но за это время Леонора вместе с девушкой успели выйти из спальни через потайную дверцу и затворить ее за собой. Потайная дверца, приводимая в движение скрытым механизмом, сама собой бесшумно закрылась.