Леонора и ее спутница оказались в полутемном коридоре. Пройдя несколько шагов, Леонора распахнула какую-то дверь, пропустила вперед Мюгетту и сказала:

— Будьте любезны подождать в этом кабинете. Королева позовет вас.

Мюгетта, или точнее Флоранс, ибо отныне мы будем называть девушку ее настоящим именем, кивнула головой в знак согласия и молча вошла в указанную ей комнату. Даже если бы она обернулась, она бы все равно не сумела разглядеть в полумраке ту дверь, за которой остались Одэ де Вальвер и Ландри Кокнар. Но она не обернулась.

Расставшись с девушкой, Леонора продолжила свой путь. Спустя минуту она остановилась и задумалась. Рядом с ней находился кабинет Кончини, и она не знала, как ей поступить, — зайти к мужу или нет. Она даже протянула руку, желая открыть дверь, но потом покачала головой и пошла дальше, еле слышно шепча:

— Нет, сейчас я не нужна моему Кончинетто. Я понадоблюсь ему позднее и в другом месте. К тому же, раз он забыл о тех двух наглецах — дерзком авантюристе и жалком предателе — его слуге, значит, мне следует самой позаботиться о них. Эти двое знают тайну моего супруга и могут погубить его. Они не должны живыми выйти из этого дома, куда они столь безрассудно проникли. Что ж, я займусь ими. Тем более что они, в сущности, уже в моих руках. А когда понадобится, я вернусь к девчонке.

Леонора успевала подумать обо всем, и Одэ де Вальвер и Ландри Кокнар вскоре ощутили на себе результаты ее предусмотрительности.

По узкой лестнице Галигаи спустилась на первый этаж; в кордегардии она нашла Роспиньяка и четырех его лейтенантов: Эйно, Лонгваля, Роктая и Лувиньяка. В комнате стоял страшный шум, ибо все пятеро на чем свет стоит ругали «дерзкого юнца», только что задавшего им знатную трепку.

Однако несмотря на возмущенные крики, никто из них не рвался в бой и не бегал по дому, пытаясь отыскать ненавистного врага. Будем справедливы: эти пятеро дворян не были трусами, и каждый в случае необходимости готов был встретиться один на один даже с Одэ де Вальвером. Но они узнали, что дом Кончини почтила своим присутствием королева, и это охладило их пыл: они не решались ворваться в спальню фаворита и завязать драку на глазах у Ее Величества. Вынужденные бездействовать, они отчаянно бранились.

Появление Леоноры было встречено с бурной радостью. Отдав распоряжения Роспиньяку, жена Кончини удалилась. Едва дверь за ней закрылась, командир что-то шепнул своим четверым лейтенантам; те повскакивали с мест, бросились во двор, прыгнули в седла и галопом помчались на улицу Турнон, где, как вы помните, располагался особняк Кончини. Так что Роспиньяк тоже не терял времени даром.