После этого карлик поспешил на улицу Дофин. Добравшись до особняка герцога Ангулемского, он пять раз ударил молотком в дверь.

В двери открылось маленькое окошечко: Лоренцо узнали. Какая-то женщина проводила его по коридору и лестнице к комнате Жизель. Обрадованная девушка первым делом начала благословлять тот день и час, когда она, наконец, сможет отблагодарить своего спасителя.

— Мадам, — прервал ее Лоренцо, — за этим домом скоро начнут следить люди маршала д'Анкра. Отсюда нужно бежать. Вам надо покинуть Париж. Если Кончини найдет вас, вы пропали!

— Куда же мне ехать? — прошептала побледневшая Жизель. — Где мне спрятаться?

— На постоялом дворе «Сорока-воровка», — спокойно ответил карлик. — Его хозяйка Николетта полностью вам предана.

Жизель встала. Теперь лицо ее выражало решимость.

— Хорошо, я уеду, — проговорила она. — Но сначала я должна разыскать свою мать!

Лоренцо вздрогнул.

— Положитесь на меня, — пробормотал он. — Вам пора!

Жизель, ее служанка и карлик покинули особняк. На повороте у Нового моста уже ждала заказанная карета.

— Садитесь! — велел Лоренцо. — Будьте спокойны: завтра я приступлю к поискам того человека, который в одиночку, с одной лишь шпагой в руке может сделать больше, чем Кончини со всеми своими солдатами. Я говорю о шевалье де Капестане…

Забравшись в карету, карлик указал кучеру направление.

«Почему я пообещала моему отцу стать женой Сен-Мара? — в отчаянии думала Жизель. — Ведь имя того, кого я люблю — Капестан!»

Скоро карета остановилась на улице Барре, совсем рядом с особняком герцога Ангулемского. Лоренцо вышел из экипажа и постучал в окно какого-то дома. Оттуда высунулась чья-то голова, и недовольный голос спросил, что хочет поздний посетитель.

— Вручить вам десять золотых экю, уважаемая Леонарда, — ответил карлик.

Хозяйка немедленно пригласила его в дом. После недолгих переговоров Лоренцо вновь появился на пороге и приказал служанке войти внутрь и ждать в зале свою госпожу. Горничная вопросительно взглянула на Жизель, и та утвердительно кивнула головой. Служанка повиновалась.

Тогда карлик произнес:

— Мадемуазель, теперь я должен вас оставить, но вы не беспокойтесь, карета отвезет вас, куда нужно. Я прощаюсь с вами. Возможно, вы никогда меня больше не увидите. Мне бы только хотелось, чтобы вы обещали мне две вещи. Во-первых — покинуть Париж сразу же после того, как вы найдете свою мать. Вторая же моя просьба такова: добейтесь от герцогини Ангулемской, чтобы она сказала, что прощает карлика, который ее когда-то предал в Орлеане!

Жизель хотела было что-то спросить, но Лоренцо поднес палец к губам. Прежде чем исчезнуть, он прошептал: