Высокие плотно стоящие друг к другу сосны холма умилительно шептали убаюкивающие песни, все было на редкость безмятежно и красиво. В этот поздний час уже не было слышно пения птиц, от чего сосны играли свою вечную музыку а-капелло.

Съехав по круговой дорожке с холма, грузовик переправился в брод через Тесьму, и стал втягиваться во власть Старой Киалимской дороги. В кузове сильно трясло. Всем бойцам отряда, которых Шакулин насчитал восемь человек, включая капитана Барышкова, приходилось держаться руками за неудобные деревянные скамейки.

Никто ни о чем не говорил. Сами бойцы, похоже, были утомлены, ведь они только сегодня приехали в Златоуст. И вот, наверное, прямо с вокзала их затерли в следующую оказию. Барышков выглядел пободрее и смотрел назад в проем.

Выгоднее всех располагался Шакулин. Он даже иногда чуть высовывался из-под тента, чтобы лучше рассмотреть заинтересовавшую его картинку.

Вдалеке, слева по ходу движения грузовика, лейтенант успел рассмотреть выделявшийся на фоне еще светлого, но все более угасавшего неба, силуэт Двуглавой сопки. Гора, будто прилегший спать неведомый великан, навевала ощущение вечности и силы природы. Казалось, что она здесь будет всегда. Мимо нее будут ходить люди, они будут сменяться. Будут бежать века. Немыслимый ритм человеческой жизни будет только убыстряться. А она как влитой монолит, храня свое мудрое молчание, будет спокойно смотреть на все это.

Грузовик заехал в лес, слева и справа выстроились нестройные шеренги деревьев. Здесь было намного темнее, поэтому водитель включил фары. Очертания чащи стали менее ясными от искусственного света, направленного точно на дорогу.

Полное беззвучие, отметил Шакулин про себя. Было слышно только неровное, от частого переключения передач, ворчание двигателя. Теперь трясло еще больше. Иногда грузовик попадал каким-нибудь колесом на приличный по размерам камень, и весь кузов буквально подпрыгивал от такой встречи. Лейтенант уже пару раз больно ударялся на подобных скачках рукой об скамейку.

По левую сторону движения он постоянно замечал между деревьев сереющие просветы, видимо, то проглядывала курумная река. От нее до дороги временами было не больше пяти метров. А вот по правую руку лес представлял из себя единое нагромождение черных фигур деревьев и кустарников. Казалось, что они настолько кучно росли, что им самим мало места.

«По правую руку», – вспомнилось Шакулину. Граф Матыцкий говорил, что его отряд ощущал слежение кого-то неведомого именно по правую руку следования. Правда, то было в Большом Логе. Отсюда до Лога еще далеко. Лейтенант визуально представил себе карту Таганая. Сейчас справа располагался лес, а где-то за ним был Средний и Малый Таганай, на соединении которых находится Монблан. А еще через пару километров лес переходит в Большое Моховое болото. Именно в тех местах чаще всего встречали оборотня. Может, не зря всем мерещится параллельное движение справа от себя? Может, он, этот оборотень, всегда так, справа подходит? Или те же самые лешие, дивьи люди. Вполне вероятно, что кто-то из них, как невидимый призрак скользил от дерева к дереву в этой дикой чаще, которая сейчас все больше проглатывалась сумерками, сопровождая и нагоняя страх на запоздавших путников этой таинственной дороги.