Пока Нестеров возился с картой, Шакулин размышлял, что возможно сегодня какая-нибудь магнитная буря. Отсюда усталость Нестерова с Анодиным, и раздражительность Глазьева.

Большая простыня топографической карты была расстелена на столе, все обступили ее с разных сторон, как будто в первый раз увидели.

– Я хотел поинтересоваться у всех вас на счет нескольких мест, – Шакулин обвел рукой на карте территорию Таганая. – Просто, товарищи, я не часто бывал в долине, а на сами горы никогда не залезал. По карте теперь ориентируюсь хорошо. Думаю, на местности тоже все правильно пойму. Мне нужна информация о топографии конкретных районов.

– Что вас интересует? – спросил Анодин.

– Ну, начнем, к примеру, с этого района. – Шакулин нарисовал пальцем окружность на восточном склоне Монблана.

Губы Глазьева тронула ухмылка, что не осталось не замеченным лейтенантом.

– Местность весьма примечательная, – Борис Петрович чуть отошел от стола. – Монблан, сам по себе, скалистая сопка. Местами утыкан, главным образом, лиственницами. Но взобраться на него можно без проблем. Вокруг самой горы, с той стороны, где вы показали, плотный пихтовый лес, на юге переходящий в смешанный березово-пихтовый. Чаща темноватая, пихты в отличие от сосен имеют живые ветки почти по всему стволу. В сосняках живыми остаются только кроны деревьев. В пихтовом лесу темно, пахнет смолой, кустарников почти нет. Район, что вы показали, прямо скажем, не самый людный. Дальше лес переходит в Киалимскую падь, болото. Оттуда наш Киалим вытекает. Прямо в лесу начало берет. Сначала небольшой ручеек, а потом все больше и больше. Красивая такая речка, прямо посреди леса. Над водой нависают деревья, очень красиво! Но вокруг чащоба приличная, труднопроходимая.

– А открытые пространства есть? – стал уточнять Шакулин. – Может поляны какие, достаточно обширные?

– Болото, вот где открытое пространство, – вставил свое слово Глазьев. – Только на болоте нет особых зарослей.

– Пожалуй, да, – чуть подумав, подтвердил Анодин. – В том лесу поляны редки.

– Хорошо, мне все ясно, – отреагировал Шакулин и что-то черканул себе в тетрадку. – А как насчет вот этого района? – теперь он показал на местность вдоль западного склона Двуглавой сопки.

– Здесь редколесье, – снова отвечал Анодин, – преимущественно березы. Очень оживленный район, обычно оттуда многие туристы и заходят в долину. Недалеко, так называемая, «Верхняя тропа». Ведет она к святому источнику. Сейчас все чаще белым ключом его называют. Вода в нем и вправду белая, чистая-чистая.

Шакулин заметил, что Анодина постоянно тянет куда-то чуть в сторону от тех мест, что интересуют лейтенанта, и он начинает рассказывать о каких-то красивых и примечательных особенностях. Сразу видно натуралист, романтик природы.