Глаза Карла загорелись надеждой. “Это может закончиться в этом году? Ты это хочешь сказать?”

“Вполне возможно. Но если это не так . . . возможно, вам придется немного подождать. Союзники не торопятся в течение зимы, наращивают свои силы. Они подождут до весны, прежде чем нанести удар.”

“А потом?”

"Третий Рейх рухнет, как будто . . .- Герхард чуть было не сказал: “колода карт.- Потом к нему пришло воспоминание из детства, и он сказал: “У меня есть старший брат. Он занимает высокое положение в СС. На самом деле, это благодаря ему я здесь.”

- Не очень хороший брат.”

- Хулиган, и всегда им был. Когда я был маленьким мальчиком, я строил дома из деревянных блоков. Я потратил на них несколько часов. Мой брат поджидал, пока я закончу, и все будет выглядеть идеально. Потом он пинал его изо всех сил, и кубики летели через всю игровую комнату. Вот что будет с Германией. Как только придут союзники, они разнесут нашу страну на куски.”

“Но это будет концом Гитлера, СС и подобных лагерей . . . так что оно того стоит.”

“Вот почему я намерен дожить до того, как это произойдет.”

Карл устало улыбнулся. “Не питай больших надежд, мой друг. Мы живем здесь в тени смерти. Это может произойти в любой момент любым способом: голод, болезнь или эсэсовец, решивший без всякой причины, что ты и есть та бедная душа, которую он хочет убить сегодня.”

“Понимаю, - ответил Герхард. “Я был под Сталинградом. Я однажды видел Ад и пережил его. Клянусь Богом, я снова переживу это в Заксенхаузене.”