– Вы хоть понимаете, какую опасность будет представлять этот корабль, когда он будет готов к выходу в море? – Джойс на минутку задумался. – Скажу вам по большому секрету, – продолжил он, – что в самом ближайшем будущем со стороны Германской Восточной Африки готовится вторжение. Вы представляете, какой будет хаос, если «Блюхер» выйдет из дельты прямо на наши военные конвои?

– Да уж, всем нам не поздоровится.

– Майор… – Капитан очень старался сдержать раздражение и говорил хриплым голосом: – Майор, я хочу, чтобы вы произвели в дельте разведку и обнаружили место стоянки «Блюхера».

– Неужели? – прогудел Флинн. – Вы хотите, чтобы я бегал вприпрыжку по всей дельте, где за каждым деревом можно ждать пулемета? Да эту дельту и за год всю не обыщешь, вы же понятия не имеете, что это такое.

– В этом не будет необходимости. – Джойс развернул свое кресло и кивнул в сторону португальского лейтенанта. – Вот этот офицер – авиатор.

– А что это такое?

– То есть летчик.

– Правда? Я тоже летал, когда был помоложе, правда во сне… да и сейчас, бывает, летаю.

Джойс прокашлялся.

– Он летает на аэроплане. Это такой летательный аппарат.

– Ого! – сказал Флинн, на которого это явно произвело впечатление, и он с уважением посмотрел на португальского лейтенанта. – Ну надо же! Правда?

– Я собираюсь провести в дельте Руфиджи воздушную разведку – в сотрудничестве с португальской армией, – продолжал Джойс.

– Вы хотите сказать, облететь ее на летательном аппарате?

– Совершенно верно.

– Черт меня побери, это отличная идея! – одобрил Флинн.

– Когда вы будете готовы?

– Для чего это?

– Для разведки.

– Полегче, дружище! – воскликнул пораженный ужасом Флинн. – Я ни за какие коврижки не сяду в вашу летающую хреновину.

Прошло еще два часа, а они все спорили, уже выйдя на капитанский мостик корабля его величества «Ренонс», – Джойс вел его к материку, чтобы доставить Флинна и двух португальцев на берег, откуда его катер утром их забирал. Британский крейсер шел под парами вперед, багрово-синее море было совершенно спокойно, и земля на горизонте казалась темной неровной линией.