Почти все пассажиры уже не раз плавали по этому маршруту, а потому даже не выходили на палубу взглянуть на гигантские шлюзы.

— Долго мы простоим в Панаме?

— Чаще всего здесь оставляют болтаться на рейде… Если только не нужно будет взять на борт какой-нибудь груз… Но, похоже, капитан на это не рассчитывает…

Бросили якорь на рейде.

И все-таки на корабль взяли двух новых пассажиров. Кто-то сообщил об этом в кают-компании, которая представляла собой небольшое помещение, где стояло всего шесть игорных столов с несколькими креслами и было подобие окошка со ставнями — оно служило баром.

— Кто они, мсье Жанблан?

Размеры судна не позволяли содержать многочисленный обслуживающий персонал, и потому мсье Жанблан одновременно исполнял обязанности помощника капитана и метрдотеля.

— Английский майор — некто Филипп Оуэн и второй — француз, который давно живет в Панаме.

— Спорим, что каюту номер один отдали англичанину.

Все пассажиры претендовали на эту каюту, потому что она находилась напротив трапа, под углом к левому борту, на теневой стороне.

Мсье Жанблан извинялся:

— Только после Панамы, мсье Жюстен… У нас инструкция — по мере возможности держать ее свободной, на случай, если вдруг в Панаме сядет какая-нибудь важная персона.

Но разве мсье Жюстен, вот уже двадцать лет служивший управляющим в колониях и в восьмой раз следовавший по этому маршруту до конечного пункта Порт-Вила, что на островах Новые Гебриды, не был важной персоной? Если бы не присутствие на судне инспектора колоний, мсье Жюстен мог бы разделять трапезу с самим капитаном.

Мадам Жюстен пошла удостовериться, действительно ли пресловутую каюту отвели англичанину.

— Мужчина средних лет, — объявила она, возвратясь. — Выглядит очень прилично.

Двери в каюту были распахнуты, чемоданы лежали на красном ковре. Второму пассажиру отвели каюту номер шесть, справа от лестницы, — одну из двух кают, не выходивших на нос, где даже днем было прохладно.

— Нумеа?

— Таити…

— А англичанин?

— Таити…