— Господа офицеры, — внезапно охрипнув, сказал командир Лерке, — предлагаю вам снять оружие на время сеанса и сдать его…

Он искал глазами самого младшего. Прапорщик вскочил, вытянувшись.

— Господину прапорщику. Синьор Бакко закрыл глаза.

Синьор Бакко простер руки. На висках надулись склерозные вены. Казалось, синьор Бакко полетит над зрителями.

— Тихо, — сказал профессор мертвым тоном, — не шевелиться, смотреть на меня, не крутить, голова, руки положить на свой колена. Тихо. Еще тихо. Начинайт.

Доктор черной и белой магии волнообразно провел ладонями по воздуху. Зрители вздохнули глубоко. Доктор прижал руки к груди и разом выкинул их вперед. Зрители замерли.

Еще раз и еще раз. Зрители не шевелились. Стефано Бакко снова выкинул руки вперед и медленно, с усилием потянул к себе.

Два человека во втором ряду слева, один человек в пятом ряду справа разом поднялись с места, медленно вышли в средний проход и вслед за движением рук профессора приблизились к нему. Глаза их были закрыты — они спали.

Стефано Бакко повторил то же движение — еще трех человек притянули к себе его руки.

Полковник едва удержался в кресле — шея вылезла из воротника френча. Синьора Руфь, стоя у кулис, схватила дочь за локоть. Пиколло подбежал к отцу.

— Господа офицеры, встать! — неожиданно резко крикнул прапорщик.

Глаза медиумов открылись. В руках тускло зевнули наганы.

Это случилось в двадцать минут одиннадцатого, минута в минуту, если не принимать в расчет слишком спешащие жить часы Стефано Бакко.

VIII

А в полночь в зале Дворянского собрания бал был в полном разгаре.

В полночь профессор Бакко был пьян. В полночь бывший прапорщик, теперь товарищ Петр сидел на телеграфе и пытался соединиться с Харьковом. В полночь хлопцы братались с гарнизоном и Самуил Лейзеров не мог купить ни одной «советки». В полночь полковник Лерке сидел на земляном полу бани, в кругу господ офицеров.

Ровно в полночь, в последнюю минуту двадцать пятого сентября девятнадцатого года, город Конопы был взят партизанским отрядом Остапа Шматько и объявлен советским.

Бенефис Стефано Бакко сошел блестяще.

Иван Евдокимов Киносъемщики