Всадник понесся передавать приказы, а командующие, забыв о приличиях, встали на спины лошадей коленями, чтобы лучше видеть, как легионы выполнят распоряжение. Помпей так сжал поводья, что побелели костяшки пальцев; он знал, что от его решения зависит исход сражения. Если отступление превратится в паническое бегство, то рабы обойдут и окружат римлян. Во рту у сенатора пересохло, легкие со свистом втягивали холодный воздух.

Потребовалось довольно много времени, чтобы передать приказы вдоль всей линии римских войск. Раздались повелительные крики, и правый фланг начал отходить, разворачивая передний край под прямым углом к прежнему фронту сражения. Помпей, стиснув кулаки, наблюдал, как левое крыло двинулось вперед, тесня армию рабов.

Весь фронт разворачивался у него на глазах, и сенатор безумно волновался. Только так можно было предотвратить окружение правого фланга, но теперь рабы получали возможность пройти мимо римлян и устремиться к Аримину, если только вожди мятежников не упустят этой возможности.

Спартак стоял на седле своего коня и негромко ругался, наблюдая за тем, как держатся легионы. В какое-то мгновение он решил, что Антонид прав и правое крыло римлян вот-вот обратится в бегство, но невероятным образом противник умудрился развернуть фронт. Восемь легионов, двигаясь как один, повернули свои шеренги лицом на восток.

Вождь рабов негромко присвистнул от восхищения, хотя и понимал, что его мечта одержать победу на этой равнине развеялась, как пыль на ветру. Легионы действовали именно так, как им надлежало, и сейчас он вспомнил те дни, когда сам служил в римской армии.

Спартак был одним из братства легионеров, пока не случилось несчастье. Пьяная ссора, убитый офицер – и уже ничего нельзя исправить. Он убежал, потому что знал: его поставят перед товарищами погибшего, будут судить и приговорят к смерти. Для таких, как он, правосудия не существовало. Подростком, когда Спартак жил во Фракии, его рекрутировали в римскую армию. Для завоевателей он был не настоящим римлянином, а существом, почти не отличавшимся от животного. Это были горькие воспоминания: плен и рабство, потом школа гладиаторов, где с людьми обращались как с бешеными собаками, держали на цепи и били до полусмерти.

– Идущие на смерть приветствуют тебя, – прошептал Спартак, наблюдая, как гибнут его солдаты.

Взглянув на солнце, он определил, что уже за полдень. Зима заканчивалась, но солнце светило тускло и совсем не грело. Дни едва начинали удлиняться, до темноты осталось несколько часов.

Спартак долго наблюдал за ходом битвы, надеясь увидеть, как дрогнут легионы, но те стояли твердо, не уступая превосходящему противнику, и вождь восставших начал терять веру в победу. Наконец он кивнул, приняв решение. Когда римляне уйдут в лагеря на ночевку, он пойдет на Аримин. Его люди не ели четыре дня, а в городе полно провизии для восстановления сил бойцов.