Как только друзья подошли к развилке, до чего Антипатрос не мог умолчать своих чувств и то говорил о себе, то расспрашивал мужчину о его странствиях, Михаэль пытался уговорить Антипатроса пойти с ним, но из-за отказа юноши, ссылавшегося на энтузиазм в проектировании фасада школы, мужчине пришлось объяснять дорогу словами.

– Ну тут недалеко, так что не потеряешься. – в конце заверил Михаэль и попрощался.

Каждый пошёл своей дорогой, на которой Антипатрос встретил ребят, сменивших место игры, отдалённое на несколько метров от предыдущего, где он встретил их чуть больше часа назад, которым обещал рассказать о решении собрания.

– А вот и ты! Ну что? – ещё на бегу, приближаясь к Антипатросу, прокричал Софокльз.

– Согласились не все, свой ответ они скажут завтра, тогда и решим, когда начнётся стройка. – юноша же возвышать голос не решился и ответил, когда мальчик был рядом с ним.

– Эх, а я пытался уговорить отца, но он меня не слушает, побить грозил. – без страха к словам, добавил Софокльз, шагая рядом с Антипатросом.

– Я что-нибудь придумаю. Ещё есть время. – подбадривал ребёнка Антипатрос,

доверительно поймав глаза мальчика своими.

– Ладно. – бросил Софокльз и убежал к братьям, в стороне которых нарастал детский плач.

«Что же меня тянет помочь этому ребёнку?» – размышлял юноша, возвращаясь домой.

Несколько часов вырисовывая наброски здания, Антипатрос пришёл к выводу, что не обязательно строить отдельный дом, а можно воспользоваться примером жилища Изокрэйтса – пристроить к комнате ещё одну, но больше, и проводить занятия в ней. С этим наитием ему вспомнилось приглашение Михаэля и, решив докончить чертёж завтра, он побежал к другу.

Быстро найдя нужное здание, сливавшееся с однотипностью соседних домов, постучавшись, Антипатрос открыл дверь после того, как за ней прокричали о том, чтобы гость входил.

– Ты как раз вовремя. Проходи. – зацепившись за открывающуюся дверь, сказал Михаэль.

Перед Антипатросом сразу предстал могучий квадратный стол, выставленный в центре комнаты, с уже расставленной на нём едой. Михаэль посадил гостя напротив себя и начал ухаживать за ним. Еда ничем не отличалась от той, которую Антипатрос ел дома в Афинах: рыба, приготовленная с несвойственным обычной еде профессионализмом, разнообразные фрукты, ячменный хлеб. Темы для разговоров мужчины выбирали необычные для местности, в которой они об этом упоминали: наука, жизнь полисов, искусство.

– У тебя ведь нет детей? – уточнил Антипатрос.

– Нет.

– Зачем же ты согласился с постройкой школы?

– Во-первых, голосовать могли не только те, у кого есть дети. А во-вторых, мне понравилась твоя идея.