– Поспи, потом всё пройдет. – последнее, что услышал Антипатрос перед тем, как его веки упали на глаза.

Сон был тяжёлый и душный, а встать с кровати Антипатрос смог только вечером. За обедом Изокрэйтс рассказал ему о том, что сегодня пришли ещё пять человек, согласившихся отдать своих детей в школу. В свою очередь Антипатрос рассказал о задумке пристроить ещё одну комнату к дому и использовать её для обучения. Изокрэйтс счёл эту идею уместной, и юноша получил новое задание: нарисовать схему готового здания до конца недели.

Насчёт неподобающего вида Антипатроса, в котором он сегодня ввалился в дом, староста не спрашивал, да и будущий учитель не хотел говорить об этом. Но когда он собирался уходить, к нему подошла Агатта.

– Если у тебя всё ещё болит голова или крутит живот, сходи к Мелиссе, травнице. Она поможет. Ты знаешь где она живёт?

– Да, да я схожу. До свидания. – вежливо отгоняя от себя женщину, промямлил Антипатрос и вышел из дома.

Ещё не стемнело, а Антипатрос, проспавший целый день, чувствовал сильную усталость, как тогда, во время бегства из дома, когда он проходил несколько километров в день, запутываясь в лесных тропах. Решив, что сходит к Мелиссе завтра, он побрёл домой, где упал на кровать и беспокойно перекладывал всю ночь тело под разными углами по отношению к изголовью. Устав от постоянно прерывавшегося из-за головной боли сна, как только взошло Солнце, Антипатрос пошёл к травнице.

Выпив у Мелиссы какой-то отвар, который хотя и был горький, но неприязнь к состоянию собственного тела не оставляла молодому человеку выбора, который сразу же начал действовать. Вспомнив о том, что деньги он забыл дома, Антипатрос извинился и попросил травницу разрешить ему сходить за ними, но женщина отказалась не только отпускать его, но и взимать плату, что неприятно удивила молодого человека, считавшего, что любой труд должен быть вознаграждён. И хотя он согласился с тем, что Мелиса потратила на него свои ресурсы безвозмездно, но от того, чтобы остаться, он настойчиво отказался и, многочисленно поблагодарив женщину за её помощь, вышел из дома в более нейтральном расположении духа и, заинтересовавшись самочувствием друга, направился к Михаэлю. Размышляя о неприятной ситуации, в которой он оказался после выпитого спиртного, и об инциденте, произошедшем в доме старосты, за что Антипатросу всё ещё было стыдно, он дошёл до злосчастного здания.

Юноша постучал в дверь, отозвавшуюся ему глухим звоном. Повторив это действие ещё один раз и недожавшись ответа, Антипатрос произнёс, попытавшись сделать свой голос более громким, но смог набрать только до частоты своего обычного произношения: