«Давай попробуем те, в которых ты использовала кисти. »– возвратилась к первым мыслям Элисса и с начавшими трястись руками подошла к столу.

Она сталкивала кисть, которая, скатываясь по горе тканей, ударялась о вазы, но те даже не пошатнулись. Она пробовала и несколькими кистями, но и их силы не хватало. В последних попытках кисти заворачивали в другой угол стола, сталкивались с предметами, назначения которых девушка не знала, но похожи они были на небольшие отрубленные от ветки части, некоторые из которых были заострены с одной стороны, и сбивали их со стола. Но и с более длинной цепочкой все попытки были тщетны.

Под конец Элисса разнервничалась, отругала себя и ушла домой. А из хозяев первым вернулся Олиссеус только через пятнадцати минут после того, как девушка покинула его мастерскую. Он забеспокоился об отсутствии Мелиссы и успокаивал себя, любуясь упакованными и готовыми к продаже вазами. Ещё через примерно те же пятнадцать или двенадцать минут вернулась Мелисса и, рассказав мужу о том, что Василика просила её о помощи, …

«Ей, кстати и правда была нужна помощь, но раз сопернице она об этом не говорила, то была обескуражена, когда Мелисса объяснила, что она пришла, услышав о просьбе от Элиссы, но её лжи не выдала, заботясь об и без этого занятой проблемами многих односельчан женщине.»

…пошла раскладывать обед, во время чего несколько раз удивилась, что Элисса ушла, не поев и не попрощавшись, а муж её об этом не заботился и с радостной улыбкой думал об утре завтрашнего дня.

Ночью Элисса не могла уснуть. Она то начинала думать о том, сможет ли она остановить Олиссеуса завтра, после чего снова ругала себя, а мысли молчали. Она ходила по комнате, высказывала самые нелепые идеи, будь то: выкрасть вазы, сломать телегу, выпустить коня, а в пылу бессонного бреда бросила о том, чтобы убить животное. После этой мысли она испугалась себя же, решила думать о том, как воспрепятствовать отъезду, легла на кровать и только начала засыпать, как вспомнила о том, что Олиссеус уедет с утра, и если она уснёт сейчас, то проснётся к полудню. Она тут же соскочила с кровати, пробежалась по дому, отгоняя дремоту, и села за стол, где от чего-то вспомнила, как за ним сидел Антипатрос, удивилась этому, но прогонять видение не стала. После этого исключительного для её жизни события, Элисса несколько минут пыталась придумать устный предлог, чтобы остановить Олиссеуса, но нашла только один из пунктов того, как она могла бы пригодиться ему в Платеях, а именно, решила зазывать покупателей в часы большей посещаемости рынка. Но даже после этих выводов, заглянув в окно, она не рассмотрела даже проблеска Солнца над горизонтом, в то же время Луна сияла высоко в чёрном небе. Элисса засмотрелась на движение небесного тела, после снова встала, бездумно, чувствуя будто бодрствует только её тело, а сознание спит, покружила в центре комнаты и, наткнувшись глазами на книги и конспекты, отданные ей Антипатросом, села читать. Так, хотя ей и было несколько скучно, она прождала до утра и, заметив, что корона Солнца брезжит над горизонтом, побежала к дому гончара.