Следующую ночь они посвятили укреплению своего убежища.
Еще вынули немного земли и рассыпали ее поверх. Днем – они присмотрели несколько пустынных кустарников – и один из них с величайшей предосторожностью выкопали и перенесли с тем, чтобы посадить поверх своего укрытия. К счастью – тут были сухие кустарники, потому что возвышенность. В других местах – такое бы не прокатило. Корни пересаженного на новое место кустарника перестали бы получать влагу, сам кустарник засох бы, пожухла листва – и чей то опытный взгляд мог бы выделить именно этот куст среди здоровых. И отправить группу солдат проверить, что с ним…
Третью ночь – они посвятили выравниванию и обозначению полосы для взлета израильского вооруженного беспилотника. Беспилотник был самой тяжелой частью их груза, на некоторых его деталях была израильская маркировка. Теракт – и должны были списать на израильский Моссад.
Площадку подобрали в трех километрах от их основной точки, недалеко от того места, где они спрятали машины. Для взлета – требовалось семьдесят метров, но они – укоротили это расстояние до сорока метров. Решение было простое – точно так же взлетают самолеты Цессна, груженые наркотиками с тайных аэродромов в колумбийской сельве. В начале полосы они глубоко, заподлицо с землей вбили штырь. К нему – цепляешь на жгуте летательный аппарат, разгоняешь его, затем – перерезаешь жрут. Просто и работает.
ВПП для ударного самолета – беспилотника – они проползли на брюхе, выравнивая все руками. Даже камень – мог все сорвать. Поэтому – они проползли по полосе дважды, ощупывая все перед собой своими руками – как будто мины искали. К счастью – израильский беспилотник – убийца был специально создан для взлета с неровных площадок – его предполагалось применять, когда основные аэродромы Израиля уничтожены. Взлетная полоса – шла по склону немного вверх – но это означало всего лишь несколько лишних метров разбега.
Рядом с ВВП они отрыли окоп и прикрыли его маскировочными сетями и землей. В нем – находилась группа запуска БПЛА – убийцы и сам БПЛА, груженый взрывчаткой. В небе – кружили вертолеты…
Лэнсдорф прикрыл глаза, вспоминая Институт. Улица Бен Саула, тихий, белый город – Тель Авив. Это МОССАД, институт, совершенно секретное учреждение Израиля, несмотря на малую численность (примерно тысяча пятьсот штатных работников) уверенно соперничающий по количеству и качеству добытой развединформации с такими монстрами, как КГБ и ЦРУ…