– Ложись!

Николай рванул Саддама на себя и вниз до того, как по машинам забарабанили пули. Водитель машины Саддама – сделал совершенно не то, что он должен был сделать, чему его учили. Он должен был нажать на газ – а он нажал на тормоз, в то время как две головные машины – проскочили вперед. Тем самым – он и спас всех.

Нападающие – ожидали, что будут вести огонь по колонне, в то время как машины разделились – две остановились впереди, под огнем – и одна так и не доехали до места засады метров тридцать. Получалось, что они были вынуждены вести огонь по двум целям – к чему не были готовы.

Тем не менее – кто-то их учил. Первыми же выстрелами – застрелили водителя их машины. Затем – стрелок открыл огонь по моторному отсеку – чтобы гарантированно обездвижить машину. Мощная винтовка – била одиночными, каждый выстрел – как удар молотком. Пахло паленой резиной, горелой изоляцией и кровью.

У Николая – не было оружия, но что-то делать – было нужно. Сидения пока защищали, он обернулся назад, чтобы посмотреть, нет ли там чего. И увидел чудо – пулемет РПК, с пристегнутым магазином, стоящий на сошках между сидений…

Вот только в машине – он почти бесполезен.

Здоровенный японский внедорожник был просторнее советского автобуса, не обращая внимания на Саддама – он полез назад. Скворцов не был профессиональным телохранителем – но после Афганистана он разбирался в засадах и отлично понимал: остановиться – смерть! Сразу, без каких-либо вариантов – смерть. Подбивают первую машину, потом последнюю – и расстреливают остальные. Надо двигаться – если хочешь жить.

Перевалился назад, схватил пулемет, открыл заднюю дверь – и вывалился из машины. Огонь вели и слева и справа, с его стороны – стреляли с крыши. С колена – он выцелил стрелка и снял его одиночным. Тот упал назад и больше не показывался…

Николай пробежал вперед – стреляли от Мерседеса впереди, от броневика – хорошо то в отличие от БТР у него нет пулеметной башенки – вообще. Если бы тут был КПВТ – сейчас их на части бы разобрало.

Исмаил – был ранен, но не обращал внимания на это. Выбив стекло, он отстреливался из автомата, грудь и рука его – были в крови.

– Давай назад!

Ибрагим не ответил, Николай рванул его за рукав, показал жестом

– Назад! Я прикрою!

Ибрагим толкнул мертвого водителя – он был весь в крови, кровь была и на нем самом, и на руле, и на приборной доске и даже на пробитом пулей стекле были ее бурые брызги. Селектор – рычаг коробки передач был справа от руля – он переткнул его в положение назад. И – свободной рукой надавил на ногу уже мертвого водителя лежащую на педали газа – одновременно изо всех сил выворачивая руль.